– Тогда по рукам, – Вадим вновь подал руку.

– По рукам, – новгородец все же пожал поданную руку, – вы можете уходить. Я сейчас же распоряжусь, чтобы вам дали коней.

– Благодарю тебя, князь, – едва дернул головой Вадим.

– Пойдемте за мной, – Гостомысл в ответ тоже едва заметно кивнул руссу, – я провожу вас.

Новгородский князь первым шагнул к двери. Друзья не замедлили последовать за ним.

– А может, ты знаешь, князь, кого Звияга приставил надзор за мной вести? – уже в дверях спросил Вадим, натянув на лицо миротворную улыбку.

– Нет, – твердо ответил новгородец.

– Ой ли?

– Клянусь, что не знаю, – все также твердо повторил Гостомысл и посмотрел прямо в глаза руссу, – это знал только Звияга.

– Добро, – ответил Вадим, увидев в глазах новгородца чистосердечное признание.

* * *

Павел до последнего сомневался, особенно в том, что князь так скоро отпустит Юски. А вот Вадим не имел сомнений. Князь руссов почему-то поверил новгородцу. Поверил, что свободно выпустит из детинца, что даст коней, отпустит вепса и вообще не станет чинить препятствий.

Новгородский князь первым делом отдал приказ привести Юски, что и было выполнено бегом!

Гостомысл лично проводил их до конюшни и велел оседлать лучших коней. Конюхи мгновенно кинулись исполнять волю господина. Стоя в ожидании, Павел грешным делом надеялся, что новгородец пригласит их к столу – перекусить. Но нет. Гостомысл стоял невозмутимо и молчал. Молчали и друзья. Вадим прекрасно понимал состояние новгородского князя, понимал его молчание. Ему над многим еще надо поразмыслить. Особенно сейчас, после пламенных речей Вадима. А князь руссов старался как мог, ух уж и наговорил… Так что теперь у Гостомысла полна коробочка мыслей.

Вскоре двое дружинников приконвоировали Юски. Вепс был не в лучшем виде, какой-то бледный…

– Юски… – Павел сделал шаг навстречу.

– Все хорошо, – заверил главу рода вепс и почти без удивления глянул на Вадима.

– Ну здравствуй, Юски, – улыбнулся Вадим.

– Здрав будь! Баар верил, что ты жив…

– А что нам сделается, – Вадим покосился на новгородского князя, тот стоял вполоборота, прислушивался к их разговору.