— Зря стараетесь, — снисходительно сообщила Степановна минуту спустя. — Надо спустить воду, быстренько лечь на пол и прижать ухо к стояку.

Женька не сомневался, что горько пожалеет о своем любопытстве, но сдержать его не смог:

— А… мм… зачем вы это делали?

— А как еще шебского ленточного труболаза вычислить?! Вот так присядешь, не проверивши, и уже не встанешь!

— Он же на Эдеме не водится.

— Та хищная грибница — тоже. Так что рановато глушить рефлексы-то! — триумфально объявила Степановна.

— И что, этот… труболаз булькает?!

— Нет, но что-то же булькало! — Старуха так уставилась на Женьку, словно это он дал ей повод усомниться в своем психическом здоровье. — Может, там колено протекает или скоро начнет, а твой Санек даже не почесался проверить! Ладно, давай выкладывай — с чем пожаловал?

Женька замешкался, как новобранец, перед которым внезапно распахнули воздушный шлюз. То есть, конечно, космодесантники для того в шаттл и залезли, но по пути успели, храбрясь, разговориться на отвлеченные темы, а тут вдруг оп-па — транспорт прибыл на место высадки и надо срочно прыгать!

— Ёпт!

Стоящий плечом к плечу с хозяином киборг выглядел абсолютно неподвижным, и ущипнувшая Женьку рука как будто автономно подкралась к его заду с другой стороны.

Лесник метнул на «помощника» гневный многообещающий взгляд и выпалил:

— Это я украл ваши розы!

Степановна продолжала молча смотреть на лесника, словно не услышав, и тот торопливо продолжил:

— Ну, то есть Джек! По моему приказу.

Женька сбивчиво, стремясь побыстрее сбросить с себя эту ношу, принялся за отрепетированный с киборгом рассказ. Вышло вроде бы вполне достоверно, особенно в той части, где речь пошла про девушек.

— Так что вот… — Лесник снова протянул старухе торт. — Простите нас, пожалуйста…

Женька ожидал, что Степановна начнет ругаться или вообще наденет торт ему на голову, но та лишь неопределенно хмыкнула, подошла к двери, снова ее открыла и деловито велела:

— Показывайте, как вы их крали!

— Чего?! — растерялся Женька.