— Следственный эксперимент, — напомнила старуха. — Основа любого следствия!

— Но я же сам во всем признался!

— Лучше один раз увидеть, чем десять раз услышать! — Степановна пристально уставилась на Джека. — Ну?!

— Данная видеоинформация не представляла практического интереса, и ее запись не велась, — ловко отбрехался киборг.

— Ничего, программа-то никуда не делась! — Степановна повернулась к леснику и пояснила: — У киберов, как у любой техники, есть свой «почерк», потому что обсчет их действий идет по одному и тому же алгоритму. С какой стороны объекта он зашел, на какой высоте рвал или под каким углом резал, так и будет делать. Так что давай, прикажи ему собрать букет! Теми же словами, что в прошлый раз.

— Да я уже давно забыл, что именно ему говорил… — попытался вслед за киборгом воспользоваться той же лазейкой Женька, но номер не прошел.

— Вспоминай, ты же не кибер!

— Розы жалко…

— Ничего, отрастут! Их давно пора было почикать, да у меня рука не поднималась.

Степановна спустилась с крыльца, непреклонно оттесняя незадачливых «воришек» к розам. Женька затравленно покосился на клумбу, надеясь, что Джек сообразит считать оставленные Саньком следы и повторит его путь, но, увы, старуха успела навести там порядок — обрезать поврежденные стебли, замазать пеньки садовым варом и взрыхлить землю.

— Ну?!

«Мне конец», — обреченно подумал лесник, и в ту же минуту конец настал всему вообще.

Проем за спиной Степановны с оглушительным грохотом заполнился клубящимся пламенем. В следующий миг оно вырвалось и изо всех окон, далеко разбрызнув стекла. Затем наступил черед ударной волны, саданувшей Женьку в грудь и отшвырнувшей назад. Переросший, с виду пышный и мягкий, газон на ощупь оказался далеко не столь комфортабельным — леснику почудилось, что от удара его позвоночник пролетел сквозь внутренние органы и теперь лежит сверху окровавленной грудой костей. Перед глазами плыло, в ушах звенело, из четких мыслей в голове осталась только одна: «Какие на мне сейчас трусы?!»

Потом над Женькой навис Джек и буднично заметил:

— Зря мылись.

Это мгновенно привело лесника в чувство. Ухватившись за протянутую киборгом руку, он вскочил и понял, что имел в виду Джек: торт, который Женька продолжал держать в момент взрыва, в основном по нему и размазало, хотя напарнику тоже достался большой сочный кусок.

Стоявшую ближе к двери Степановну отбросило сильнее и дальше, зато в клумбу, и теперь на ее распростертое тело медленно и печально оседали розовые лепестки. Зрелище было еще менее эротичное, чем по версии шерифа, но лесник опрометью бросился к старухе и потряс ее за плечо: