Очень забавно было наблюдать, как знать, полная скепсиса, входит в небольшой лабиринт, где стояли причудливо изогнутые зеркала, и как она же еле выползает из него, держась за животы и вытирая слезы.

На третий день аттракцион почтила своим присутствием императрица Янианна со своей свитой. Я издали наблюдал, как прибыла компания из нескольких карет в сопровождении конных гвардейцев, из которых вышли чопорные дамы и не менее важные кавалеры. Все они, за исключением императрицы, выглядели очень скептично – мол, ну-ну, мало ли что говорят! Уж нас-то трудно чем-либо удивить!

Посмотрим, посмотрим, подумалось мне, не вы первые, не вы последние. Я не видел еще ни одного человека, который бы вышел оттуда с таким же лицом, какое было у него на входе.

Первой в лабиринт вошла Яна в окружении ближайших своих фрейлин, и буквально через несколько секунд послышался ее звонкий смех. Не отставали от императрицы и ее спутницы. Не минула чаша сия и остальных, и, даже садясь в кареты, они продолжали смеяться, вспоминая увиденное.

Вечером Яна поделилась восторгом от посещения аттракциона и настоятельно посоветовала мне его посетить. Я ответил обещанием и уже собирался переменить тему разговора, но она на секунду задумалась, и ее вдруг озарила догадка:

– Артуа, сознайся, ведь это же твоя работа? – спросила Яна.

– Да, – легко сознался я. – Но подарила эту идею мне ты, назвав одно из моих зеркал кривым.

– Я даже представления не имела, что могу так много смеяться. На последние зеркала старалась вообще не смотреть – боялась, что станет плохо.

– Очень рад, что угодил тебе. Если пожелаешь, мы сделаем Цветочный зал именно таким.

Янианна задумалась, затем отрицательно мотнула головой:

– Наверное, не стоит этого делать. Я хочу, чтобы была настоящая зеркальная зала. Мне рассказывали, что это очень красиво, когда со всех сторон окружают отражения и помещение кажется огромным.

Я согласился. Всем он хорош, этот аттракцион, но стоит посетить его несколько раз – и впечатления станут не такими яркими. Чтобы вновь стало смешно, нужен долгий перерыв.

В этот вечер я захватил с собой еще одну новинку для Яны: два номера газет, как и задумывалось – общеимперскую и для дам. Обе газеты были скромных размеров, примерно в половину от привычных мне, но зато отпечатаны в трех цветах – черном, синем и красном.

Дамская газета, помимо содержания, отличалась изящным шрифтом и более красочным оформлением. Яна пришла от газет в полный восторг. Я усадил ее в кресло, вручил газету для дам и подал знак, чтобы принесли чашечку горячего шоколада.