Знать веселилась вовсю: маскировка позволяла дворянам вытворять такое, что и в голову бы не пришло, будь они в обычной одежде. Многие дамы действительно прибыли в наряде куртизанок, возможно проявив таким образом свою внутреннюю сущность.

Янианна была одета в костюм, который должен был создать образ девушки-крестьянки. Но за каждый бриллиант из ее украшений можно было купить целую деревню вместе с ее округой и обитателями, включая девушек, а то и вместе с замком местного барона или графа. Это не говоря о качестве тканей, которых бедным крестьянкам и видеть-то не приходилось, не говоря уж про то, чтобы носить.

Выглядела она в этом наряде так, что мне хотелось немедленно поднять ее на руки и унести туда, где ни один нескромный взгляд не сможет увидеть то, на что, по моему мнению, смотреть никто, кроме меня, не имеет права.

Яна веселилась вместе со всеми, лихо отплясывая народные танцы, а затем все чаще начала оглядываться по сторонам, явно пытаясь кого-то увидеть. Надеюсь, что меня.

Янианну действительно никто не узнавал, а если таковые и находились, то они тщательно делали вид, что не признают ее величество. К ней постоянно подходили кавалеры, приглашая ее на очередной тур либо же просто пытаясь обратить на себя внимание. Но это происходило не так, как обычно обращаются к ее величеству. Сначала это ее очень забавляло – приятно, когда в тебе видят красивую девушку, а не императрицу и проявляют внимание именно по этой причине.

Когда же Янианна начала проявлять признаки беспокойства, отшивая одного кавалера за другим, я решил, что пора обнаружить себя. Подойдя к ней и отвесив поклон, обратился хриплым низким голосом, не выходя из образа морского бродяги:

– Такая юная и красивая леди не должна скучать в одиночестве. Даже маска не в состоянии скрыть вашу красоту, которой может позавидовать сама императрица Янианна. Только одно ваше слово, таинственная незнакомка, и я составлю вам компанию на весь остаток вечера, и даже больше.

Яна метнула на меня далеко не самый дружелюбный взгляд и холодно сказала:

– Не утруждайте себя, сэр пират, очень вас прошу.

– Но может, все-таки…

– Вы еще здесь? – Голос ее прозвучал удивленно. – А зря, очень зря… – И отвернулась, окончательно потеряв ко мне интерес.

– Что ж, видимо, придется мне сегодня вечером в одиночестве пить шоколад, – все тем же голосом прохрипел я и уже совсем собирался отойти прочь.

Тут Яна остановила меня и потянулась рукой, чтобы сорвать маску. Но в последний момент передумала и лишь отогнула ее, обнажив мою левую щеку. Небольшой шрам, украшавший мое лицо, никуда не делся, в чем она смогла убедиться.