Но что это? Вместо того чтобы спустить шлюпки на воду, дир Героссо отдал команду выставить все паруса. Но как же так?

Ведь «Гневу Мениоха» было достаточно спустить флаг, признавая свое поражение, и сдаться в плен. А плен — это еще не гибель. И теперь, после его подвига, мы бросаем тонущий корабль вместе с экипажем.

«Морской воитель» уходил, отсалютовав оставшимся на смерть морякам «Божьего любимчика» залпом из кормовых орудий. Изнерду его не догнать, нет у него кораблей, способных сравниться с «Воителем» скоростью.

Я стоял, облокотившись на планширь, и глядел на бегущую за бортом воду. Пушечная пальба за горизонтом давно уже стихла, и за кормой не было видно ни одного пятнышка паруса. Вероятно, Изнерд, трезво оценив ситуацию, отказался от погони. Красивый цвет у воды, ярко-сине-зеленый. В этом мире все краски ярче. Сейчас я уже к этому привык и лишь иногда смотрел на мир прежним взглядом, любуясь его красотой. А настроение было самое поганое. Казалось бы, с чего?

Артуа, это чужая война, совсем чужая. Какое тебе до нее дело? Радуйся, что жив остался, что не получил ни царапины, что целы все твои люди. Ищи во всем этом лимонад. А делать этого совершенно не хочется.

Подошел дир Героссо, встал рядом, тоже обратив свой взгляд на воду. Помолчали. Я все понимаю, Мелиню. Ты спас корабль, спас экипаж, и, останься ты там, твой подвиг был бы напрасной жертвой. Не было у нас никаких шансов победить, ни малейших? Но от понимания всего этого нисколько не становится легче.

— Я несколько раз бывал в Империи, Артуа, — начал дир Героссо, словно в доказательство говоря на общеимперском. — Столицу, Дрондер, не видел, но в Гроугент заходить приходилось. Красивый город, а какие там женщины!

Ничего удивительного. Гроугент — город портовый, и туда часто заходят корабли со всего света. Женщины потому и красивы, ведь при смешении рас обычно так и бывает. Вот только нет у меня желания говорить с тобой на самую мужскую тему — о бабах. Извини.

Но дир Героссо заговорил совсем о другом:

— Мою родину много лет раздирают распри, ты не можешь не знать об этом.

Я молча кивнул головой: знаю.

— Так вот, четыре года назад к власти пришел дом Сьенуоссо во главе с Минуром Сьенуоссо. Возможно, он не самый идеальный человек и не самый лучший правитель. Но Минур сумел крепко взять власть в свои руки. И мы потихоньку начали возвращать утраченное могущество. Он сильный человек, и слабость у него только одна — Диамун, его единственный сын и наследник. Диамун сейчас на борту «Морского воителя». Но не спрашивай меня, пожалуйста, почему он здесь оказался. И еще. Часть меня осталось там, с ними. — Дир Героссо махнул рукой куда-то за корму «Воителя».