Иджину приглянулся Проухв, и пришлось объяснить, что Прошка не просто мой человек и что я привык всегда видеть его рядом с собой.

Тогда дир Пьетроссо пошутил, что его светлость, то бишь я, тоже может присоединиться к числу его славных парней.

После состоявшегося между нами разговора мы прониклись взаимной симпатией.

Когда Иджин заглянул в нашу каюту, он окинул нас взглядом, значение которого было мне непонятно. Затем он сразу исчез, и я даже не успел пригласить его присоединиться к нашей компании. Мы с Фредом переглянулись и продолжили рассуждать о военно-морских перспективах Империи. Только фер Груенуа незаметно (вернее, это он думал, что незаметно) передвинул лежавший на столе пистолет так, чтобы до него было проще дотянуться.

Шпаги мы, не сговариваясь, повесили за перевязи на вешалку возле выхода из каюты. Каютка тесная, и длинным клинком в ней особо не помашешь, да и толку от этого будет немного: невозможно здесь оборону держать и сбежать некуда. А посему — наливай, Фред, и жаль, что бутылок только две. Выпьем и за судьбу нашу горемычную, и за тех геройских скардарских парней, что погибли вместе со своими кораблями.

Дверь скрипнула, и в каюту снова вошел Иджин, на этот раз не один, а в сопровождении чуть ли не полудюжины бутылок с невероятно длинными горлышками, увенчанными большими пробками.

При виде бутылок фер Груенуа многозначительно протянул: «О-о-о!»

Со словами: «Не помешаю, господа?» — Иджин расположил принесенные бутылки на столе и удобно уселся на освободившийся после ухода Клемьера стул. Не зря Фред так отреагировал, вино оказалось отличным.

Несмотря на то что вино мне приходится пить чуть ли не ежедневно, сомелье из меня по-прежнему никакой, но отличать хорошее вино от очень хорошего я все же научился. Принесенное дир Пьетроссо вино оказалось по-настоящему превосходным.

Вино имело длинное сложное название, больше чем наполовину состоящее из шипящих звуков, и после пары безуспешных попыток я отказался от намерения воспроизвести эту абракадабру. Понятия не имею, каков его купаж, винтаж и букет, но имело оно очень приятный вкус, оставляло мягкое послевкусие и, что немаловажно, содержало достаточное количество углекислого газа, так что сразу ощущалось присутствие алкоголя в крови. А именно этого мне хотелось тогда больше всего.

Последнее время на меня навалилось слишком много событий, а возможности выпустить пар не было. И тут подвернулся Диамун, драли бы его все черти, как морские, так и сухопутные. Алкоголь и был призван мною для того, чтобы помочь расслабиться.