Кто бы только знал, как она устала изображать всесильную и всемогущую императрицу! Как хочется прижаться к его груди и на миг почувствовать себя маленькой слабой девочкой.

Дверь кабинета распахнулась, пропуская начальника Тайной стражи.

— Здравствуйте, господин граф. Проходите. У нас с вами не так много времени.

Глава 27 ЭЙ, МОРЯК…

Глава 27

ЭЙ, МОРЯК…

«Эй, моряк, ты слишком долго плавал. Я тебя успела позабыть», — крутились в голове слова из песни, считающейся первым отечественным рок-н-роллом. Я стоял на мостике «Буревестника», переименованного Фредом в очередную «Мелиссу».

После моего разговора с правителем Скардара Минуром дир Сьенуоссо прошел месяц. За это время я не видел ни самого правителя, ни его сына Диамуна. Нельзя сказать, что это обстоятельство хоть сколько-нибудь меня печалило. Я был бы даже рад никогда в жизни не повстречать ни одного, ни другого. Мне все же пришлось дать Минуру слово, что я останусь, останусь в Скардаре, хотя меньше всего на свете мне хотелось именно этого. Дал слово сразу из-за всех тех угроз, что перечислил Минур. Он ведь не просто угрожал, он был полон решимости претворить свои угрозы в жизнь. И что было бы в случае моего гордого отказа? Возможно, я прибыл бы в Империю и не в кандалах, хотя не исключено. Но какими глазами мне пришлось бы смотреть на Янианну? И как трудно было бы объяснить, что я не виновен ни в одном из обвинений. Наверное, мне все же удалось бы ее убедить, но… Хорошенький бы резонанс получила вся эта история в Империи, ведь обвиняет-то сам правитель Скардара. А уж если такие люди врут…

«Ничего удивительного в том, что произошло, — велись бы во всех салонах разговоры. — С самого начала было понятно, что рано или поздно он скинет маску. Нельзя вместе с титулом получить и благородное воспитание. Да уж, наша императрица слишком юна, чтобы разбираться в людях».

И произнесший эти слова человек обязательно сделает соответствующее лицо. А сколько их таких будет? Да черт бы с ним, со мной, но Фред, Клемьер, тот же Прошка. Они-то почему должны страдать? Уж их бы точно никто никуда отправлять не стал. Как же я проклинал тот день, когда судьба свела меня с тем человеком. Подарок к свадьбе, за неделю обернусь…

Корабли в Абдальяр ушли уже давно, через три дня после нашего разговора с Минуром. На борту одного из них были Мириам и Гисса. С ними отправился и Чонк. Он был матросом еще на той «Мелиссе» Фреда, что повстречалась мне в Агуайло, и пострадал при абордаже «Интбугера», оставшись без правой руки почти по локоть. Тяжело мужчине в самом расцвете сил остаться калекой, особенно если единственной твоей профессией является профессия моряка.