— Господин дерториер, каков сигнал для вступления в бой основных сил?

— Вы все его хорошо увидите, господа. Сигналом для атаки будет гибель изнердийского флагмана «Дабирас Айда»…

«Какой же он все-таки огромный! — думал я, глядя на приближающийся флагман изнердийцев. — Монстр, настоящий монстр. Даже просто взять его на абордаж — целая проблема. И не потому, что экипаж на нем превышает тысячу человек. Попробуй заберись на палубу, когда борта возносятся так высоко».

Мы заходили к «Дабирас Айду» под острым углом к корме, и следующий за ним в кильватере линейный корабль Изнерда плюнул в нас пушечным залпом. Я вздрогнул всем телом, когда корпус «Принцессы» принял на себя груз чугунных ядер, так мне ее было жалко.

«Ничего, девочка, потерпи немного», — уговаривал я тримуру, как будто бы она была живой.

— Все, пора!

Мелиню подал команду рулевому:

— Право на борт!

Затем снова взглянул на меня:

— Господин дерториер, дистанция для залпа самая подходящая…

— Нет, Мелиню, нет. Они должны видеть, что мы к этому никакого отношения иметь не будем. Это подействует, это должно подействовать.

«Принцесса Яна», накренившись и почти касаясь воды ноками рей, резко отвалила в сторону, предоставив возможность действовать «Пеликану», небольшому боту, скрывавшемуся в ее тени. Задачу свою мы выполнили, прикрыв бот до поры до времени от вражеских ядер, и теперь дело только за ним. «Пеликан» понесся вперед, целясь своим носом в богато отделанную и сверкающую стеклами иллюминаторов высоченную корму «Дабираса». На носу бота были видны два шеста, уходящие в воду.

Все мы, стоявшие на мостике «Принцессы Яны», затаили дыхание.

Вот по «Пеликану» грохнули все четыре кормовых орудия изнердийского флагмана, проделав в парусе пару дыр. Сейчас…

Два взрыва слились в единственный, подняв у кормы «Дабираса» многометровый столб воды. «Пеликана» положило на борт, и он с трудом вернулся на ровный киль.

Молодцы, ребята, теперь уходите как можно дальше, вы уже герои. А что «Дабирас Айд»? Даже на таком расстоянии было слышно, как тонны воды врываются внутрь его корпуса через развороченную корму.

Я посмотрел на присутствующих на мостике офицеров «Принцессы»:

— Что я вам говорил, господа? И кто мне не верил?

А ведь приятно, черт бы меня побрал, как приятно, когда на тебя смотрят так, как смотрели на меня сейчас эти люди.