На его место из рекомендованных мне Иджином трех кандидатур я выбрал Тетчина Гроиссо. Со всеми тремя я предварительно поговорил, пытаясь составить о них собственное мнение. Естественно, все они знали, для чего вызваны на разговор, и каждый вел себя по-своему. И если первые два пытались убедить меня, что лучшей кандидатуры мне и не сыскать, то Гроиссо просто отвечал на вопросы, иногда ненадолго задумываясь. Знатностью предков он похвастать не мог и трудился именно в той структуре, что я и предложил ему возглавить. Трудился не на самой высокой должности, по сути чуть ли не клерком. Но это значило, что работу он знает изнутри, и, судя по отзывам его коллег, весьма неплохо.

Вот и отлично: за ним никто не стоит, он человек неглупый и должен отлично понимать, что отныне всем будет обязан именно мне. Гроиссо не стал отказываться от прозвучавшего предложения, отлично понимая, что это его шанс, быть может, единственный и последний.

— Работайте, господин дир Гроиссо, — перед расставанием похлопал я его по плечу. — И очень хочу надеяться, что результаты вашей работы мы увидим в самое ближайшее время.

Мне показалось, что-то дрогнуло в его глазах. А что ты хотел, тебе возглавлять один из самых важных департаментов, и только что появившаяся перед твоим именем приставка «дир» поможет решить тебе многие вопросы.

Назначение Гроиссо и его возведение в дворянское звание были единственными перестановками. Что-то менять сейчас нет смысла. Все будет решаться там, в море, где сосредоточены флот Скардара и противостоящая ему объединенная эскадра Изнерда и Табриско.

Я, конечно, предполагал, что скардарская казна будет пуста, но чтобы настолько… А еще и внешний долг Абдальяру… Ладно, когда к горлу приставлен нож, о задолженности по квартплате на некоторое время можно забыть. И все же я заставил господина дир Чиуссо, возглавляющего казначейство, раскошелиться. Он неглупый человек и не хуже меня понимал, для чего мне потребовались чуть ли не последние деньги государства.

Встреча с купцами закончилась общей договоренностью. Я гарантировал, что все расходы, а также стоимость погибших кораблей казначейство возместит, пусть и не сразу. Еще я пообещал торговые льготы с Империей, уж такие вещи обещать имею право. Ну и в конце концов, господа, Скардар — это ваша родина. А родина — это такое понятие, ради которого жертвуют, не требуя ничего взамен.

Была у меня одна идея, очень для этого мира свежая, именно она и являлась основной надеждой на благополучный исход предстоящего сражения. По большому счету мне и надеяться-то больше было не на что.