Драное колесо так и осталось валяться в грязи.

Подождав, пока гул двигателей растает в тумане, Климов выбрался из укрытия, спустился вниз и побежал к тому месту, где только что стояли оба автомобиля. Ему очень хотелось взглянуть на покрышку брошенного колеса.

Плотная резина оказалась не разорвана, а сожжена, торчащие во все стороны проволочки корда мгновенно покрылись ржавчиной, но при этом на серебристом алюминиевом диске не оказалось ни единого следа копоти! Грязи – сколько хочешь, однако, если бы шина горела по-настоящему, маслянистый черный дым покрыл бы диск толстенным слоем. Зато под грязью видны были маленькие выемки с оплавленными краями.

– Какая-то адская кислота, – пробормотал Ян, сплюнув в сторону. – Мать моя, да что же это такое?

Он стоял над лежащим в луже колесом и чувствовал, как ужас перехватывает горло. «Штирлиц» наверняка знал, что где-то на пути его может ждать опасность, и все-таки влетел?! А где его напарник, «Атлант»? Жив ли он, этот высоколобый муж с такой обаятельной улыбкой?

Кто знает…

Ян резко развернулся и пошел к дыре в заборе.

«Но Невинский, – повторял он, – Невинский! Каков гусь! Недаром он так настойчиво звал меня к себе в тот день – хотел познакомиться поближе, ведь знал, по всей видимости, что в доме Ленца дело нечисто. Ну так, а что же дальше? Идти к нему „на разговор?“ А чем это может закончиться? В Пермском узле творится черт знает что, в городе уже смертоубийства, Мария молчит, и я совершенно не знаю, как мне быть…»

Оставалось только ждать – так он решил для себя.

Иной храбрец, человек геройского ума, непременно нашел бы способ ринуться в бой, размахивая не то что поднятым, а ко всем чертям оторванным забралом, но майор Ян Климов прожил на свете достаточно долго, чтобы понимать, при каких обстоятельствах требуется спешка. Нет-нет, как-нибудь в другой раз. Сейчас лучше всего вернуться в теплую кухню, выпить чаю с ликером и пошевелить мозгами. Может, даже попробовать связаться с Марией. Теперь он точно знает, что его информация представляет некоторый интерес. И «Нива», и изуродованный «Паджеро» – все это он видел собственными глазами, это уже не домыслы, а факты – никуда не денешься.

Отперев ворота гаража, Ян включил свет и собирался уже вернуться за руль «Опеля», как вдруг в глаза ему бросился прямоугольный контур на полу. Климов опустился на корточки, поддел пальцами дощатую крышку – под гаражом, оказывается, находился то ли погреб, то ли, скорее всего, смотровая яма. Раньше он ее заметить не мог – мешала машина, но тут уж появился интерес – в этом гараже можно было ждать чего угодно. Ян загнал «Капитана» до упора вперед, так что бампер уткнулся в брезент у задней стены. Так можно было поднять переднюю часть щита, толкнуть ее вперед и пролезть в яму – места хватало с избытком.