– Ой да, – загорелый Гена, похоже, был разговорчив, – мы тут все сами с ума сходим. Отвыкли, знаете, от холодов российских.

Мария хотела спросить его о чем-то, но на пороге кухни вдруг появился «Штирлиц», точнее все же Шендр. Лицо его, заметно более молодое, чем у Ирдиса, украшала пара изрядных синяков, на голове была свежая повязка. Он посмотрел на Марию, и та с готовностью повернулась к нему, подняла подбородок. Шендр несколько раз моргнул, потом спросил сиплым, простуженным голосом:

– Я смогу выговорить ваше имя?

– Меня зовут Мария, так что проблем быть не должно даже у вас.

– Мария?! Это ваше имя?

– А почему нет, если я родилась на Земле и выросла среди людей?

– Да… Конечно, – лактирит сел на свободный стул, прикоснулся пальцами к голове, видимо, ему было все еще больно, и глубоко вздохнул. – Я Шендр, с вашего позволения. А вы, – он глянул на Яна, – Климов, сосед Михаила? Тот человек, что купил дом умершего Ленца? Его смерть была большой неожиданностью, но никому тогда и в голову не могло прийти, как сложится ситуация в лабиринте. Мы с Ирдисом даже не собирались идти в ваш мир…

– Но сюда зачем-то пришла Галя, – Ян чуть склонил голову набок. – С вашим оружием, с вашими средствами связи и чем-то еще.

– Гайла, – с грустью поправил Шендр. – О, она была очень интересной женщиной. Она побывала во многих местах, прожила, я так скажу, множество жизней, а смерть нашла вот здесь. Как странно, а?

– Но работала она на вас?

Лактирит посмотрел на Яна с большим интересом, впрочем, в его глазах оказалось столько всего, что Климов даже растерялся. Этого человека он прочесть не мог, Шендр не «читался» по глазам вовсе…

– Она работала на себя, – ответил он. – На свои представления о справедливости. А вообще-то даже Ленц, познакомившийся с ней очень давно, плохо понимал ее мотивы.

– Позвольте, но она же была из его мира?

– Она родилась в его мире. Потом побывала в рабстве у дайлан, изучила их языки и психологию, вообще всю их культуру, бежала… Она бывала так далеко, что мы и представить себе не можем. Вам интересна ее жизнь?

– Очень. Что за биоматериалы она собирала для вас?

– Она играла с дайланами в темную игру, – раздался в прихожей голос Невинского. – Среди них тоже встречаются ренегаты, даже в тех структурах, которые сейчас ищут Широкий путь. Нам нужен ключ, открывающий дорогу через новые пространства, которых раньше то ли не было вообще, то ли они находились в каком-то другом месте. Кое-кто снабжал ее образцами, собранными по пути сюда. Дайланы нашли несколько новых дорог – похоже, у них там завелся какой-то гений, просчитывающий то, что даже компьютеры просчитать почему-то не могут. Запутанная история, Климов, очень запутанная. Мы к ней еще вернемся, но не сейчас.