Танки на полном ходу ринулись на холм, стараясь поскорее подавить миномёты, и подорвались на противотанковых минах. Вид горящей синим пламенем техники совсем понизил боевой дух нападавших. Казавшееся легким дело превратилось в настоящий ад. Кто мог подумать, что обороняющиеся могли быть настолько ненормальными параноиками, что установят такую защитную систему?

— Беру свои слова назад. Ты потратил все средства на оборону! — восхищенно сказала Ариэль, наблюдая за горящей бронетехникой врага.

— Если мы это переживем, я тебе сама курева куплю, заслужил, — томно добавила она.

— Много еще техники осталось? — встревоженно спросил Кальдерон.

— Еще три единицы, — ответила Амавэль, продолжающая мониторить ситуацию.

— Первый, Второй, ваш выход, — приказал Кальдерон своим подопечным. После войны он взял этих двоих преступников на поруки и теперь присматривал за ними, будучи их опекуном.

На поле боя тем временем появились два новых персонажа. Вооружённые ручными гранатомётами, они, как призраки, возникли над горной грядой и выпустили по ракете. Противотанковые снаряды влетели в слабые места танков и, пробив броню, взорвались внутри. Еще две машины остановились навсегда.

Спрятавшись за горой, гранатометчики снова выстрелили. Две ракеты полетели навесом и, поменяв направление полета прямо в воздухе, полетели к последнему танку, заранее отмеченному двумя бойцами. Слитный взрыв двух ракет заставил навсегда остановиться последнею надежду нападающих.

— Отличная работа, отступайте, — похвалив, приказал Кальдерон.

— Сколько их еще осталось? — с волнением спросила Ариэль.

— Еще порядка пяти сотен, а наши сюрпризы уже закончились, — печально заметила Амавэль.

— Теперь мы можем положиться только на наших друзей и товарищей, — со вздохом заметил Кальдерон. Схватил свой верный станер и вышел из пункта управления. Твердой походкой бывалого ветерана он шел на самый горячий участок. Если он позволит врагу прорваться, как он сможет потом смотреть своему командиру в глаза. Его решимость стала буквально осязаема, настолько сильной она была. Солдаты при виде его сами заражались этой уверенностью и решимостью.

Первый со Вторым благополучно вернулись и, взяв в руки многоствольные скоростные пулеметы, заняли свои места. Прожив здесь уже десять лет, они давно считали это место своим домом. Они даже завели интрижки с девушками босса и теперь считали их своими женами. Даже дети командира, которых они растили уже десять лет, считали их своими отчимами.

Их решимость защитить свой дом была нисколько не меньше, чем у Кальдерона. Они собирались сегодня стоять насмерть до последнего вдоха, защищая то, что им было дорого. И казалось, что никакая сила в мире не могла их сломить.