– Я сделал то, что должен. Эта Мадонна должна быть уничтожена.

– Ты взял на себя чужие функции. Твое дело найти всех участников рестарта, а не решать, кто достоин существования в Игре, а кто нет, – вместо Императора слово взял один из Советников. Видимо, меня решили временно пощадить. – Воплотив еще одну версию Мадонны, ты не уничтожил ее, а лишь запустил процесс преждевременного рестарта. Необдуманность шага заключается в том, что тебе, как Проводнику, предстоит сейчас назвать имена остальных участников рестарта. Ты готов это сделать? В противном случае будет признано, что ты не справился со своей функцией, и тебя обнулят вместе со всеми кристаллами твоего сознания. Это цена ошибки, Ярополк. У тебя есть пять минут, время пошло.

Внутри все опустилось – Игра сохранила жизнь суке, убившей мою любимую! План, казавшийся идеальным, провалился. Дышать стало тяжело, голова казалась свинцовой от осознания неудачи, но у меня оставались последние пять минут. Загнав все чувства поглубже, я постарался не показывать компьютерному коду слабость и произнес:

– Герхард ван Браст. Безымянный. Первый участник рестарта.

– Принято, – слово вновь взял Император, мои ноги сразу же стали ватными, но на чистой силе воли я остался стоять. Надоело падать. Если умирать, то с высоко поднятой головой. Один из Советников исчез, чтобы через пару мгновений появиться вместе с Герхардом. Он радостно улыбнулся:

– Ты же моя умница! Ярополк, не ожидал! Очень приятная неожиданность, ты все-таки запустил рестарт!

Я не реагировал на слова Безымянного, стоя застывшей статуей. Герхард нахмурил брови, покачал головой и занялся осмотром Мадонн. Потом указал Императору на Долгунату:

– Что с Ключником? Почему она не в сознании?

– Произошел конфликт версий Великой, – на помощь пришел один из Советников, но Герхард только отмахнулся от него.

– Я не тебя спрашивал, отрыжка сознания. С каких пор Императору отказывает собственный голос?

Герхард вопросительно поднял бровь, требовательно глядя на Императора с позиции силы.

– Появление второй Мадонны потребовало моего вмешательства. Проводник еще не назвал имя твоей спутницы. Как только это произойдет, мы вернем им сознание, – ответил Император, и мир для меня померк. Сознание не выдержало длинной речи Императора, отправившись отдыхать. Очнулся я от того, что Герхард вливал мне в рот лечебное зелье.

– Эко тебя сморило, – улыбнулся Безымянный. – Я-то думал, что ты стоишь статуей не просто так, а в заморозке. Ан нет – живой. Ты не переживай, с Императором не многие игроки способны разговаривать. Сейчас тебя подлечим, и ты скажешь, что Долгуната не Мадонна, а Ключник. Понял?