Я читал, что современные способы сканирования мозга позволяют создать практически 100 %-ный цифровой слепок сознания. Тем не менее эта технология была запрещена – такие сканеры и мозголомки полностью находились под контролем спецслужб. Официальная версия – во время изучения активности мозга с помощью специального излучения погибли или сошли с ума несколько подопытных, но мы-то знаем… К тому же против «Цифрового Бессмертия» активно боролись адепты практически всех религий мира.

Разрешена была только «оцифровка» уже умерших людей. Без полного слепка мозговой активности, чисто по психологическому портрету – получалась не совсем верная копия, да и весьма дорогое это было удовольствие. Для миллионеров.

– Полная, 100 %-ная оцифровка, за несколько часов до того вылета, – подтвердил Магистр. Или мне теперь нужно было называть его Андрей Петрович? – С помощью самого современного оборудования, так что перед тобой практически идентичный настоящему Балабанов. Как видишь, я оставил себе лазейку в этот мир, – продолжал он. – Себе и еще нескольким людям.

– Ничего не понимаю. – признался я. – Вы – цифровая копия Балабанова, созданная им самим незадолго до гибели? А почему об этом никто не знает?

– А зачем это кому-то знать? Много ненужных вопросов и никакого толку, – ответил Магистр. – Меня вполне устраивала роль Магистра… до тех пор, пока живо было мое тело, там…

– Но вы могли бы быть полезны! Ваши знания бесценны! Неужели…

– Олег, Олег, – прервал меня Балабанов, укоризненно покачивая головой. – Если бы о моем «цифровом» существовании стало широко известно, поверь, я нажил бы себе больше проблем, чем пользы.

– Так зачем вы рассказали это мне? Не боитесь, что я…

– Не боюсь. Наливай еще вина – разговор предстоит долгий. Я буду рассказывать, а ты слушай.

Он начал издалека. Андрей Петрович рассказал мне об истории проекта «СФЕРА МИРОВ». Это было дело всей его жизни, которое он начал еще в юности и запустил, будучи уже весьма преклонных лет. Еще в начале двадцатых, они, группа энтузиастов, вдохновленные перспективами VR, начали разработку концепции уникальной игры, которая должна была покорить мир. Попутно, конечно, их небольшая компания работала и над другими проектами – теми, которые позволяли держаться на плаву. Он не распространялся о подробностях, но я слышал, что многие исследования Балабанова в областях VR и ИИ были засекречены и использовались чуть ли не в секретных правительственных проектах. Разработка теоретической и практической концепции «СФЕРЫ» продолжалась много лет, это была такая работа «для души», главное дело, в которое они вкладывали все свои мечты и чаяния.