Сразу вернулись все чувства. Слух, осязание, и я ощутил стихии. И яд в крови. Надо выгнать, надо бороться. Уже натренированным методом я подхватил стихию, овладел кровью…

Яда осталось совсем немного, кто-то за меня сделал всю работу!

— Срочно надо уходить, королева будет мстить.

— А-а-а… — вырвалось у меня, и я открыл глаза.

Сверху — рой.

Шершни летали, обтекая скалу, по замысловатой траектории. В основном тут была мелочь, все крупные особи куда-то делись.

— Долго не смогу держать, — Рогач стоял рядом, опустившись в ручей на колено, — Надо срочно удирать!

Он, приложив палец к виску, косился наверх, и морщил лицо. Рога на капюшоне покачивались в такт его движениям.

Я еще некоторое время плавал на краю безумия, пытаясь понять, что вообще происходит. Кто я, где я, и что…

Хлоп!

Звонкая пощечина прилетела мне по щеке, и я обиженно уставился на Буру.

— Какого…

Хлоп!

— Буру!

Хлоп!

Четвертый удар я перехватил, и Рогач крикнул:

— За лисенком поспешим, скрылся он в лесной глуши.

Я сел, опираясь на локти, стал осматриваться. Вокруг еще оставались живые разбойники, отбивающиеся от отдельных шершней. Ужаленные, звери пытались уползти, но крылатые твари догоняли и продолжали атаковать.

Боевые крики слышались от построек, прислонившихся к скале, там роилось несколько крупных особей. Кто-то, видимо, укрылся внутри.

В основном же все лесное убежище разбойников было усеяно их трупами. Лишь над нами рой оставался удивительно спокойным.