— Интересные у них, должно быть, квесты. И вы много таких встречали?

— По роду службы? Достаточно.

— Что вы с ними делаете?

— По-разному, — сказал Савельев.

— Но в основном — убиваете?

— Иногда по-другому просто нельзя.

— Снова история про яичницу, — вздохнул Гарри.

— Значит, вы продолжаете утверждать, что вы — не игрок и никакого интерфейса не видите?

— Было бы странно, если бы я говорил обратное, — сказал Гарри. — Учитывая общие обстоятельства и ваши недавние откровения. Но вот что любопытно. Вы охотитесь на игроков. Вы убиваете игроков…

— Не всех.

— Не всех, — согласился Гарри. — Но у вас до сих пор нет верного способа, чтобы из распознавать?

— Исключая чистосердечное признание, мы можем судить только по косвенным признакам, — сказал Савельев.

— А мертвые вас опровергнуть все равно не смогут, — заметил Гарри. — Очень удобно.

— Вы ерничаете, — сказал Савельев. — А мы пытаемся спасти мир.

— Внушительная постановка задачи, — сказал Гарри. — А от чего?

— От хаоса.

— Удачи вам в этом нелегком деле, — сказал Гарри. — Но должен заметить, что получается у вас не очень. Если у вас даже рабочего метода опознания нет.

— Как правило, игроки могут видеть других игроков, — сказал Савельев. — И для этого мы дали Безопаснику с вами пообщаться. Он сказал, что видит в вас только квестовую цель и ничего больше. Но я полагаю, что этот метод не дает стопроцентной гарантии. Наверняка есть какие-то специальные навыки, которые помогают игрокам скрывать их истинную суть.

— О, слушайте, у меня идея, — сказал Гарри. — А давайте, вы будете сжигать их на кострах? Говорят, в средние века этот метод себя оправдывал.

— Вы снова ерничаете, но я вас не осуждаю, — заявил Савельев. — Это защитная реакция, при помощи которой ваш рассудок пытается справиться с культурным шоком…