Вновь набежали облака, густая холодная вата окутала нас. Мы двигались сквозь нее, с каждым мгновением замедляясь, а последние сто ярдов опускались, точно перышко в безветренную погоду, — медленно и величаво.

От Наивы пахло кровью, она прижалась ко мне так, что я чувствовал каждый удар ее сердца.

— Сейчас, — сказал я ей, и мы упали в сухую желтую траву, с треском ломая ее. Одуванчиковая подушка тихо пискнула и перестала работать.

— Похоже, мы живы.

Она рассмеялась, отпустила меня, перекатившись, легла рядом, глядя огромными глазищами на низкие дождевые облака. Глубоко вздохнула, подняла правую руку с чуть дрожащими пальцами, продолжая через них смотреть на небо.

— Спасибо, Лас. Я уже распрощалась с жизнью.

— Я всего лишь вернул долг.

Наива хмыкнула:

— Не каждый из моих знакомых пошел бы на это.

Она не спеша встала, подошла к воде и начала умывать лицо, которое все было испачкано в крови.

— Ты ранена? — спросил я у нее.

— Это не моя. Просто поработала зубами, когда Вар подставил свое ухо и шею. Твой «Ослепляющий луч» оказался очень кстати.

— Прости, что я не смог тебя предупредить.

— На мои глаза он не действует, — усмехнулась она. — Так что я была готова к бою. Дай мне пару минут, чтобы привести себя в порядок. А то я выгляжу ничуть не лучше людоеда.

Я кивнул и, начав осматриваться, увидел в южном направлении на горизонте несколько столбов угольно-черного дыма.

— Хорошо горит. — Летунья на ходу вытерлась рукавом комбинезона, присоединяясь ко мне.

— Один из сбитых кораблей маргудцев. Не думаю, что следует идти в ту сторону. Если кто-то из ящеров выжил, это может стать проблемой. У нас нет оружия.

— Кинжал есть. Ну… будет. Через несколько минут. Я видела, куда упал Вар, и с радостью заберу клинок с его тела. Ему-то он уже не понадобится.

Мне оставалось только согласиться с ее словами.

До мертвеца было шагов семьдесят, она легко нашла его, нюхая воздух и двигаясь через высокую траву. Бросила мне кинжал в кожаных ножнах: