– Вот видишь! Искать следует именно у гоблинов! – воскликнула Фин-Фин. – А ты…

– Только теперь он – именно у пауков, – закончил я. – Дело вроде как происходило «давным-давно», в противном случае тело не превратилось бы в скелет, а потому, как мне кажется, здесь просто специально заготовленная «развилка». Если бы мы вдруг первым делом вырезали логово драйдера, то, скорее всего, нашли бы непонятную, блестящую штуковину на теле шамана гоблинов или у грейтгобла. Но скорее всего у шамана, потому как вещица явно магическая. В нашем же случае, когда пещера племени уже вырезана под корень – вполне логично предположить, что «ключ» мог быть у какого-нибудь коротышки-неудачника, который сам попался на обед паукам. Например, у их прошлого колдуна.

– Я всё равно считаю! – насупилась Фин-Фин, что нужно осмотреть поселение племени ещё раз.

– Да осмотрим, почему нет, – пожал я плечами. – Только не думаю, что мы там что-либо найдём.

Как я предполагал, так собственно и оказалось. В разрушенной нами деревне, помимо смрада разлагающихся тел и парочки не замеченных нами ранее примитивненьких тайников, типа: «Камень дырка закрывать, какой с глиной щель замазать!» в которых, не нашлось ничего интересного, пещера изменений не претерпела.

Поэтому выбравшись из этой и так ранее не благоухающей цветами, а теперь и вовсе зловонной клоаки, продышавшись у правого хода и устроив небольшой привал, мы отправились в средний тоннель. В самом своём начале он был чуть уже чем все остальные, с неровным полом и изгибаясь забирал наверх а затем и вовсе превратился в серию труднопроходимых карстовых пещер.

В общем… этакое «Логово Шелоб» из смотренного мною когда-то в прошлой жизни кинофильма «Властелин Колец». Вот только обитателей здесь жило не в пример больше, да к тому же, полно паутины, которой в той ленте было на удивление мало.

К тому же здесь стояла изматывающая нервы тишина, нарушаемая лишь капающей где-то водой, нашими шагами и противным треском и пощёлкиванием, с которым разбегались из-под наших сапогов, притаившиеся на полу паучки, размером от булавочной головки, до маленького чайного блюдца.

Последние, к тому же, пытались периодически атаковать, то прыгая на одежду и пытаясь попробовать её своими жвалами и жалом, то падая с потолка на голову и плечи. И, в общем-то это было ещё ничего, хоть я прямо чувствовал, как во мне просыпаются зачатки будущей арахнофобии…

Но когда на Вильена, двигающегося впереди и только что разрубившего своим мечом паутину сплетённую из нитей толщиной в женский мизинец вдруг, напрыгнул, сбив с ног выскочивший из какой-то ращелины, гигант, размером с приличного дога, а затем, подмяв рыцаря под себя, принялся деловито опутывать заоравшего парня. При этом постоянно щёлкая жвалами и глядя на нас своими чёрными шарами глазками…