С этим японцем о его ненаглядной магии, вообще трудно было разговаривать.

В общем, выжившую после взрыва гранаты мелочь, мы добивали уже вручную. Далила, бойко работая своим молотком, всё тяжело вздыхала, что эти пауки не нежить и не порождение некромантии. Так бы – она на раз смогла бы изгнать их из этого мира, но так как это оказались вполне живые существа – приходилось достигать всего тяжёлым физическим трудом.

Мёртвое и в этом состоянии на удивление небольшое студенистое тельце «Костяного паука», которое я лично аккуратно выколупал из осколков костей и завернул в тряпочку, отправилось в трофейную сумку. С мелочью, не смотря на ценность данной твари для алхимиков – возиться не стали. Довольно глупо тратить почти час времени на то, что бы аккуратно извлечь слизняка размером с улитку из его костяной скорлупы, а учитывая их общее количество, которое мы покрошили – работы здесь было почти на месяц.

Далее, ничего особо интересного в соседних карстовых пещерах мы не нашли. Здесь, судя по всему, фантазия у авторов подземелья выдохлась. Всё те же членистоногие обитатели, ну может быть чуть больше и понаглее, чем те, которых мы встречали у входа. А кое-кто и поумнее – потому как, после произведённого нами шума и начала наглого разорения гнезда, многие из восьмилапых тварей, вместо того, что бы нападать от нас пытались убежать куда подальше и спрятаться в какую-нибудь щель.

Выковыривать таковых приходилось уже Кампферу, его магией. Причём, делал он это, довольно забавно, создавая магией водный шарик, и запуская его в паучье укрытие, а затем с упоением долбя туда электрическими дугами до тех пор, пока шум, шорохи и истошные визги сгорающих заживо пауков окончательно не прекращали доноситься до нашего слуха.

Когда же мы, наконец, добрались до убежища драйдера, то нас там ждал неприятный сюрприз в виде пролома в скале, о котором ранее я не слышал ни единого слова, и из которого ну очень подозрительно громко что-то хрустело и утробно басовито похрюкивало. А так же огромного кокона свисающего с потолка пещеры, сквозь прозрачную ещё паутину которого, прекрасно угадывались очертания скрючившегося в нём бывшего хозяина этих пещер.

Я был далёк от мысли, что эльфо-паук вдруг решил сам окуклиться, дабы превратиться в прекрасную бабочку. Его явно кто-то банально схарчил из его арахно-родственников и подвесил «доходить», как обычный паук поступает с попавшимися в его сети мухами.

– Что-то мне как-то не хочется туда идти… – Вильена, аж передёрнуло, от взгляда в тёмный провал новообразованного прохода, из которого сейчас раздалось особо громкое хрюканье.