– Мы бы никогда не допустили человека до такой безграничной власти, – пробормотала я.
– Власть царя не безгранична, – поправил Щербаков. – Ей пределом закон божий.
– Это не предел! – взорвалась я. – Ну чем он лучше других?! Да хотя бы вас?
– Царь не «лучше», – ответил русский. – Он выше. Это не одно и то же. Священник тоже не лучше любого другого человека. Но апостольская благодать дает ему власть вершить святые таинства, в то время как обычному человеку такой власти не дано.
Если подумать, это даже логично. Как и все, что говорит Щербаков, – очень разумно и совершенно нелепо.
– Будем считать, что я уловила аналогию, – пробурчала я.
– Но мы отклонились от темы, – заметил Щербаков. – После нашей беседы вам не стало легче нарушать закон?
– Хотите сказать, что наша благая цель оправдывает средства? – попыталась съязвить я.
– Не всякие, но кое-какие, – поправил меня русский. – Думайте об этом как о необходимой самообороне.
И тут я опять остановилась.
– Слушайте, Сергей, – проговорила я, внутренне сжавшись, – а какого черта вам это надо?
– Что – это? – переспросил он.
– Спасать президента вражеской державы, – пояснила я.
– Не вражеской, – педантично уточнил он. – Всего лишь враждебной. А во-вторых, как по-вашему, кто для России выгоднее на этом посту – Форд с его программой экономического соперничества или эти доморощенные вояки?
– Но одну войну вы уже у нас выиграли?
– Не мы выиграли, – вздохнул Щербаков, – а вы проиграли. Обещайте, что никому не скажете то, о чем сейчас проболтаюсь я.
– Обещаю, – машинально брякнула я и тут же опомнилась: – Совсем никому?
– Андрею можно, – смилостивился русский. – Вашим соотечественникам нельзя.
– Ладно. – Я скрестила средний и указательный пальцы. А вот и обманула!
– Войну проиграла ваша армия. Дезорганизованная, деморализованная с первых часов. Но если бы сопротивление продолжалось, еще неизвестно, как бы обернулось дело. Поймите правильно – мы бы все равно победили, даже если бы каждый ваш солдат сражался до последнего, Но что бы осталось после этого от Аляски да и от всей Земли – вопрос спорный.