Гончая неторопливо приближалась к своей жертве, словно смакуя момент нападения, потому что девушка прекрасна понимала, что эти твари могут удивительно быстро двигаться и перемещаться если захотят. Сердце Мэдлин замерло, она понимала, что если сейчас броситься бежать обратно в коридор, Гончая наверняка кинется на нее и убежать будет невозможно, поэтому девушка продолжала медленно, чисто по инерции пятиться назад.

– Не бойся, пока я ее сдерживаю, она тебя не тронет, – произнес сзади чей-голос.

Мэдлин от ужаса вскрикнула. В такой гнетущей тишине лицом к лицу с Гончей этот голос чуть не довел ее до инфаркта. Она обернулась и увидела стоявшего у входа Литурга со снисходительной улыбкой на лице. За то время, что девушка его не видела, колдун не слишком изменился. Он оставался все тем же немолодым мужчиной с приятной располагающей внешностью и ледяными змеиными глазами, от взгляда которых Мэдлин становилось нехорошо.

В мыслях ее тут же промелькнули неприятные вещи, которые устраивал для нее садист. Литург пристально взглянул на Мэдлин и она почувствовала, как вся цепенеет. Колдуну удалось мастерски загипнотизировать ее. Все же не зря он считался одним из сильнейших магов, да и плюс ко всему он очень удачно поймал девушку в момент растерянности, когда она не готова была сопротивляться власти его гипноза.

Гончая, словно получив неслышимый приказ, одним прыжком пронеслась мимо Мэдлин и посторонившегося Литурга куда-то прочь в коридор. Девушка в ужасе проводила ее глазами.

– Представь себе, эти милые создания теперь неплохо меня слушаются, – спокойным тоном, так словно это была обычная светская беседа, проговорил Литург приближаясь к девушке. – А мне пришлось приложить немало усилий для нашей встречи. Поверь Мэдлин, если бы я с самого начала знал, что ты будешь настолько мне нужна, я бы не спустил с тебя глаз и никогда в жизни не позволил бы тебе сбежать, и уж тем более рисковать своей жизнью. Но как говорится, знал бы где упал!

Литург приближался к девушке, а она стояла и не могла пошевелиться. Она застыла в неведомом ужасе, вызванным гипнозом Литурга. Маг подошел к ней и спокойно взял за запястье, увлекая за собой обратно в полумрак подземного коридора. Мэдлин покорно пошла за ним. А Литург между тем продолжал разглагольствовать:

– Представь себе, моя дорогая, что именно тебе я обязан своим новым открывшимся способностям. Я никогда в жизни не думал о том, что смогу подчинить существ из другого мира. Но когда мой любезный друг Родон, который кстати сейчас находится здесь так же, как и твой неудачливый приятель-уголовник, как все-таки удивительно все переплетено, предложил мне пустить по вашему следу Гончих это привело к неожиданным последствиям. Вы ускользнули от них в Междумирье и бедняжки вынуждены были скитаться голодными по нашему миру, а портал, который мы с Родоном открыли, оставался незакрытым. Все считали, что наши гостьи бесцельно гуляют по миру и нападают на людей. Но это не так, в скором времени они прибежали ко мне, как обычные собаки, и стали слушаться, подарив мне огромную власть. Правда, иногда они все-таки взбрыкивают и пытаются напасть и на меня. Но теперь я точно знаю о своих возможностях. Именно я, а не кто-то другой способен подчинить себе магию двух миров, – нехорошо улыбнулся колдун. – Когда-то давно, в те далекие времена, когда еще я сам учился в школе, я слышал об этом странном пророчестве, казавшемся мне сказкой. О том, что явится великий маг и подчинит себе оба мира. Для этого ему необходимо будет провести особый ритуал. Я потратил уйму сил, заставил работать многих людей для того, чтобы собрать информацию о ритуале. Ты не представляешь, какая злость охватила меня, когда я узнал, что ценнейший артефакт – нож с рукояткой из кости пророка, создавшего это пророчество. Символично, не правда ли? Древние любили пошутить! Так вот этот нож столько времени валялся в хранилище у моего бестолкового приятеля Родона и тот понятия не имел о его истинной ценности. Он не подумал охранять его до того самого момента, пока артефакт не украл один его расторопный сотрудник. Эх, если бы не мое уважение к бывшему однокласснику и достаточно сильному колдуну, я бы без сомнения прикончил его со злости. Ведь из-за него я чуть не лишился двух важных компонентов обряда! Представь себе, что никакой другой нож для ритуала не подойдет. Только этот! В этом обряде все избранное – я, нож-артефакт и наконец второй маг. Тот, чья кровь должна пролиться во время ритуала и чью душу, и магическую силу должен отнять артефакт. Представь себе, что он не только убивает, но и забирает самое ценное.