Стивен поднял к глазам свою прозрачную руку. Сознание его с глухим болезненным хлопком разделилось и с треском порвалось, наполняя комнату сотнями Стивенов и Денисов. Русский захрипел и согнулся, как будто его затошнило, и едва не повалился на колени.

Вдруг все кончилось. Призрачные образы сотен двойников растаяли, легким дымком поднявшись к высоким лепным потолкам, а Кабалин и Стэнделл обрели реальную четкость. Стивен машинально приблизился к чужаку… модели… себе самому… клону… и ухватил русского за плечо, помогая подняться. Плоть под пальцами. Стэнделл едва не застонал от ощущения правдоподобности происходящего. Сумасшествие вновь приближалось, подобное дикой шотландской атаке.

— Этого не может быть… — Стивен шагнул прочь от Кабалина. — Это не может быть так реально… проклятие, я теряю суть. Если я здесь, то кто управляет моей моделью?

Он закрыл глаза потяжелевшей рукой, отгоняя наваждение.

— Убирайся, — вдруг сказал Денис, мотнув головой в сторону коридора. — Отдай мне украденную часть меня и убирайся. Только так я обрету покой. Зачем ты украл меня?

— Я?! — Стив отодвинулся, тем не менее сжимая руки в кулаки. — Это я тебя украл?! — Денис тоже начал отступать, словно они разгонялись для лобового столкновения. — Ты, будучи мною, без моего ведома пользовался моим сознанием, убивал, трахался и жрал пиво. Ты каждый до единого день начинал с жесточайшего похмелья, не в состоянии вспомнить, что делал ночью. А теперь обвиняешь меня в том, что это я вор?! Пошел прочь, ублюдок! Да ты хоть понимаешь, чем невольно стал для меня?!

— Чего?! — вдруг взорвался в ответ Денис, останавливаясь и примеряясь к прыжку. Кажется, он все же хотел закончить спор дракой. — Знаешь, мудила, я скажу тебе так: я никого в жизни еще не убивал, но ты сейчас станешь первым! Я тебя, прилизанный козлина, довольно наслушался. Чем я стал для него, подумать только… — Он помотал головой, прикладывая ко лбу ладонь. — Господи, мне срочно нужно остановиться… вот это приход…

— Так и будете стрелять друг в друга словами, словно поэты на состязании?! — прозвучавший вопрос был холоден, как задница пингвина, насмешлив и произнесен до боли в спине знакомым голосом. Он подействовал на спорящих, словно ведро ледяной воды.

Обернулись одновременно и резко, невольно встав практически плечом к плечу. Почти одинаково пригнулись. Замерли, разглядывая сидящего на подоконнике. Стивен вдруг с обреченностью проигравшего гонку спортсмена понял, что сошел с ума. Почувствовал, что с ума также сошел и Денис.

Это не было иллюзией. Это не было программой. Что бы там ни разработали инквизиторы, это определенно было реальностью. Самой настоящей. Стивен был в себе, Стивен был в Денисе, Стивен был во всех них. То же самое чувствовали его остальные сущности. Невидимая цепь, что прочнее всех цепей на свете, сковала сейчас находившихся в зале.