Когда Нортон добрался до цели, его можно было выжимать, как губку. Одежда липла к коже, по спине ползли тоненькие струйки воды, а пресловутый бутерброд дошел до состояния жидкой каши — небось придется вычерпывать из кармана ложкой. Громкие скрипы Кинетического Дома Нортон услышал с конца улицы: надрывный звук, будто кто-то пытался распилить бензопилой пианино. Соседям не позавидуешь! Нортону довелось жить рядом с автослесарной мастерской — те дни он до сих пор вспоминал как страшный сон.

Сквозь морось раскачивающиеся башни выглядели кривыми, будто ветви прибрежных сосен, изломанных бесчисленными штормами. Кинетический Дом и в самом деле напоминал небольшую рощицу. Правда, Нортону прежде не доводилось видеть, чтобы в одном месте росло столько непохожих друг на друга растений. Будто по соседству с тсугой выросла пальма, а рядом с эвкалиптом — юкка. Разноцветная краска облупилась и лохматилась влажными струпьями, похожими на наросты лишайника. Нортон попытался пересчитать башенки, но дважды сбился со счета.

Соседний дом, словно для контраста, оказался правильным и строгим. Двухэтажный деревянный особняк в классическом итальянском стиле — подобные здания нередки в маленьких провинциальных городках. Их владельцы кичились тем, что среди предков обязательно был кто-то из отцов-основателей города, проявляя поразительную забывчивость к тому факту, что две трети городков на побережье основаны бродячими золотоискателями, беглыми преступниками, клоунами, охотниками на тюленей и прочими личностями с крайне сомнительной репутацией. Из особняка доносилась фортепьянная музыка. Моцарт, кажется, но исполняемый с такой экспрессией и яростью, что любая рок-звезда искусала бы локти от зависти.

Нортон оставил велосипед у живой изгороди и осторожно прошел во двор. И тут же испуганно отпрянул: сложно сохранить самообладание, когда навстречу несется деревянная махина, украшенная головами кукол Барби.

Достигнув угла, достойного Пизанской, башня громко лязгнула и начала выпрямляться. Обратный путь давался ей гораздо сложнее. У Нортона засосало под ложечкой. Прежде он никогда не жаловался на приступы морской болезни, но, видно, пришла пора ее прочувствовать. Небось в Кинетическом Доме любой завтрак превращался в схватку с законами гравитации за то, чтобы удержать кофе в чашке.

Нортон пошел вокруг дома. Ощущение было странным — он никак не мог избавиться от мысли, что Кинетический Дом вот-вот развалится. Лопнет трос или случится что похуже. Но каким-то чудом все держалось. Башни склонялись к Нортону, точно рассматривали, собирались вместе — посовещаться, и вновь склонялись.