Холод разлился по спине. Луцию хотелось орать. Бежать в Орбитальную. Свернуть марсианину шею за то, что не сказал раньше.
Он не успел проверить крио. Забыл про самое очевидное, идиот.
Сорок Пятая коснулась пояса. Их с Энцо фигуры вдруг замерцали, стали тускнеть и растворились в воздухе. Луций кинулся на девчонку, но руки прошли сквозь нее, как через голограмму. Не удержав равновесие, он с размаха шлепнулся на живот. Поднял взгляд на тварей у стен и расстрелял каждую в упор.
Они не сопротивлялись.
Что теперь? Он убьет Энцо, это уже решено, обязательно прикончит… Но позже.
– Найдите их, – рявкнул он. – Я в Орбитальную.
Когда-то мы были людьми
Когда-то мы были людьми
Холод. Тошнота. Боль.
Кто она? Где она?
В первый миг она не поняла. Вспомнила, только когда увидела рослого марсианина в легионерском костюме. Он целился в нее из распылителя и был так похож на умершего Энцо…
Это не мог быть он.
Или мог?
Малая огляделась. Посмотрела в ночное небо над головой, оперлась ладонью на парапет. Рядом темнела гладкая тень алада. Гребень связи чуть колыхался, как рыбий плавник.
Она на крыше, да. Корабль готов к вылету.
Активировать транспортацию Малая должна была в крайнем случае, и переместиться одна, чтобы остался дополнительный заряд. Но когда она увидела
– Кто ты? – спросила она, глядя на марсианина искоса. Смотреть прямо она не могла, было страшно и немного больно внутри. Странное ощущение, даже инферио не помнили такого, а они помнили сотни, тысячи лет из истории имманес.
Марсианину тоже было не по себе. Он покосился на пустой и темный алад.
– Ты меня не помнишь?