Внутрь цитадели вели лишь одни ворота, представлявшие собой набор дубовых брусков, скрепленных широкими железными полосами, — пока это была единственная деталь в фортификационном ансамбле, вызвавшая у меня удовлетворение.

Внутри крепостных стен, кроме постели в покинутых хозяином палатах коменданта и горячего ужина, меня ждал еще один сюрприз. И честно говоря, сразу не было понятно, приятный он или не очень.

— Щепка! — послышался знакомый голос, и во внутренний дворик из казарм, словно горох из мешка, высыпались бородатые воины.

Хотя какой горох? Скорее орехи. Очень крепкие орешки. С одной стороны, приятно, что рядом окажется поддержка, в силу духа которой я верю без оглядки, да только очень не хотелось рисковать людьми, которые стали для меня лучшими друзьями. Но эта мысль лишь мелькнула тенью на моем лице и была согнана широкой улыбкой.

Сначала я обнял Скули, затем Эйда. Времена, когда мы с предводителем викингов церемонно раскланивались, выдерживая дистанцию, канули в Лету. Через пару секунд я пожалел о том, что так близко сошелся с островитянами, потому что едва не получил пару переломов в медвежьих объятиях Клеппа.

Военный совет оставили на завтра — следовало дождаться пехоту. Ну а вечером, в лучших традициях викингов, образовалась пьянка. От скатывания в непотребное состояние меня спасли лишь выдержка и осторожность, взращенные воспоминаниями о предыдущих гулянках с бородачами. Кстати, брадарские дворяне не уступали островитянам ни в поглощении эля, ни в пьяных выходках.

С утра пораньше я занялся кормежкой и осмотром Рудого. Новый панцирь разросшегося до неприличных размеров сагара постепенно твердел, но для получения прежней плотности ему была нужна еще седмица. А воевода обещал нам не больше двух суток. По расчетам Мак Юдеирна, дикари сначала должны погнаться за основной армией, но наткнувшиеся на крепость мародерские отряды изменят планы таинственного божка.

После полудня подтянулась тяжелая пехота, и я сразу созвал совет командиров, дабы обсудить наши дальнейшие планы.

На совете присутствовали: Эйд, Скули и еще двое смутно знакомых херсиров. От дворян явился только один седоволосый витязь, которого, как самого старшего, делегировала вся эта разношерстная братия. Вообще, было непонятно, почему он связался с молодой и безбашенной компанией. То ли по общепринятому стандарту он пережил удар седины в бороду и соответственно — беса в ребро, то ли решил перед уходом на тот свет громко хлопнуть дверью.

Пехоту представляли два сотника. Я наконец-то увидел гвардейцев без их безликих шлемов. Впрочем, в плане эмоций черты лиц элитных бойцов выражали даже меньше, чем их стальные личины. Также на собрании присутствовали один из учеников верховного хороха и тот самый блеклый начальник жалкого подобия магической поддержки. Воевода отослал со мной половину своих магов, я же приказал прихватить весь запас магических ракет. То, что катапульты ушли с обозом корпуса, не было ошибкой, а всего лишь частью моего плана.