Разбудил меня стук в дверь. Я, как был в исподнем, так и открыл, только тулуп сверху накинул.

– Здоров ты спать, брат, – шагнул в комнату купец. – Забыл, о чем вчера уговаривались?

– С тобой ехать.

– Так собирайся живо. Сейчас поедим немного, и в путь.

Чего мне было собирать? Мешок с деньгами – правда, неполный, едва одна треть, сумка с бельишком и еще одна – с инструментарием. Одеться – одна минута, еще две – на туалет и умыться, и вскоре мы ели кашу с мясом, запивая сытом. Поев, надели тулупы и вышли во двор.

Слуга кинулся оседлывать мою лошадь, а купец принялся проверять, как уложен да увязан груз на санях. Конь у него был здоровый, как немецкий першерон. Скорости от такого не жди, зато любой груз тянуть легко будет.

Когда слуга привел моего коня, купец предложил:

– Клади свои пожитки в сани. Тебе удобнее ехать будет, а мой конь даже не почувствует.

Я так и сделал. Сунул свои вещи под полог на сани и поднялся в седло. Завидев саблю на боку, купец спросил:

– Владеешь али для грозности носишь?

– Учен немного, за себя постою.

Купец вытащил из-под полога секиру, показал мне и вновь убрал.

– А мы по-дедовски, так оно надежнее. Вдвоем-то мы уже не всяким разбойникам по зубам, как мыслишь?

– Лучше без этого обойтись.

– Твоя правда.

Калашников по дороге ехал впереди, я верхом – за ним. Узковата дорога, только когда съехали на лед реки, я пристроился рядом.

До вечера мы наговорились всласть, перебрав многие темы – от чумы, гулявшей по Руси о прошлом годе, до торговли.

– Пока снег да дороги проезжие, думаю еще пару ходок за товаром сделать, а ежели удача не отвернется, ладью куплю, – мечтательно произнес купец.

– Зачем она тебе? Ее покупают не в соседнее село сплавать. В дальние города, а то и в чужие страны на ладье ходят. Каждое путешествие, почитай – по полгода. Когда же с семьей быть?

– Зато выгодней. За море сходил – сам-три, а то и сам-пять обернуться можно. По месту же крутишься-вертишься, а получается – то с товаром прогорел, то разбойники обчистили. А три года тому назад опричники лапу на товар наложили, вообще с пустой телегой домой вернулся. Хорошо, хоть сам живой остался. Нет, ладья – замечательно. За морем товар купил и в своем городе к пристани причалил.