Я поднял голову, зажмурившись от солнца. Там, на Небе, сидит Эзекаил — он теперь бог этого Ордена.
Не знаю, и не понимаю, как работают эти клятвы-таблички. Может ли Эзекаил сделать так, что при проверке «слова» оракулом Намиб или Хорас умрут, как еретики?
«Говори», — с интересом подумал я.
Я кивнул. Значит, помешать он может. Но и мы не должны сидеть, сложа руки.
Это виделось мне, как некоторая гонка. Оракулы могут получить «плохие» предсказания перед прибытием гонцов, и тех даже не будут слушать, а сразу пустят стрелу в лоб.
А если всё же гонцы добрались без приключений, то оракулы будут пытаться получить ответ от Неба о правдивости «слов» вождя и командора. И услышат сверху неразборчивый ответ.
Вот только гонцов много, и всех не переловят. Насколько я понимал, это самое «разное течение времени», о котором мне говорила всё время Хали, защищало нас.
Оттуда, с Медоса и Целесты, да и с Тенебры тоже, сложно прицелиться магическим намерением. Нужно попасть в точный временной промежуток, да ещё чтоб разум оракула был в это время открыт.
Хали добавила, что бог может накрыть своим «мысленным присутствием» большую область, в то время как ангелам ещё труднее, и приходится работать точечно.
Единственное, мне было непонятно, зачем вообще тогда Инфериор сдался Целесте и Тенебре…
Ведь нужны аурит с корруптом, чтобы высшая мера чувствовала себя тут более-менее, да ещё есть шанс нарваться на нуля-просветлённого, который одним взглядом обнулить может. Или на такую вот частицу Абсолюта, как я, которая не знала, что ангелов убивать каракозом нельзя.
Да, если честно, я не уверен, что ангел выживет, попади он в лапы любой сильной твари, обитающей хотя бы в Горах Ящеров. Или в Паучьих Оврагах…
Спрашивается, зачем высшим мерам Инфериор? Это же всё равно, что грызть кактус.