‑ Глупец! ‑ воскликнула она с раздражением. ‑ Вы и так уже влезли в эту историю по уши. Вы находитесь в центре событий ‑ с того момента, как пересекли порог двери в наружной стене. И все пути отступления для вас отрезаны.

‑ Но это получилось так легко, ‑ пробормотал Смит. ‑ Пожалуй, даже слишком легко.

Она придвинулась ближе и, прищурившись, пристально взглянула на него, мгновенно отбросив всякие попытки соблазна.

‑ Вы тоже обратили внимание?.. ‑ спросила она почти шепотом. ‑ Вам тоже показалось, что это было слишком просто? Великий Шаор, если бы я могла быть уверена! ‑ И ее прекрасное лицо исказила гримаса ужаса.

‑ Может быть, мы все‑таки присядем, и вы все расскажете, ‑ предложил Смит, никогда не забывавший о таком замечательном качестве, как практичность.

Она коснулась своей рукой, белой, как молоко, и нежной, как шелк, его смуглой руки и увлекла за собой на один из низких диванов, расставленных вдоль стен комнаты. В жесте сквозило неосознанное кокетство, веками и поколениями прививавшееся ее расе, тем не менее Смит заметил, что рука Водир слегка дрожала.

‑ Скажите же наконец, чего вы так боитесь? ‑ спросил он с любопытством, когда они расположились на зеленом бархате. ‑ Вы же знаете, что смерть приходит только однажды.

Она презрительно тряхнула своей медной гривой.

‑ Речь не о том. По крайней мере... Нет, я сама хотела бы знать, что пугает меня, ‑ а неведение хуже всего. Но я хотела бы... Я предпочла бы, чтобы это не оказалось таким простым делом ‑ привести вас сюда.

‑ Везде было совершенно безлюдно, ‑ задумчиво заметил Смит. ‑ Мы не встретили ни души. Нигде ни одного стража. Только один раз нам попалось живое существо ‑ рабыня. Мы столкнулись с ней в коридоре перед вашей комнатой.

‑ И что она сделала? ‑ замирающим голосом спросила Водир.

‑ Она упала... Вообще по тому, как она вела себя, можно было подумать, что ей повстречался по меньшей мере сам дьявол.

‑ Тогда все в порядке, ‑ с облегчением сказала она. ‑ Рабыня приняла вас за... Алендара. ‑ Ее голос слегка дрогнул, прежде чем произнести это имя, как будто в нем было нечто ужасное. ‑ Он обычно тоже бывает одет в плащ. Но появляется здесь крайне редко.

‑ Я никогда не встречал его, ‑ промолвил Смит. ‑ Неужели он настолько ужасен? Рабыня едва не потеряла сознание, увидев меня.

‑ О, тише, бога ради, тише! ‑ взмолилась Водир, и голос ее был полон страха. ‑ Нельзя говорить о нем подобное. Он... Именно так и нужно вести себя при встрече с ним ‑ пасть ниц и спрятать лицо. Если бы только я...

Смит резко повернулся к ней, вгляделся в черные глаза. И отчетливо увидел там, в самой глубине, прячущийся неописуемый ужас.