Когда на Земле свирепствовали Войны Пламени, волкрины парили вблизи Старого Посейдона, моря которого были еще не названы и не тронуты рыбацкими сетями. Ко времени, когда гиперпривод превратил Соединенные Народы Земли в Федеральную Империю, волкрины добрались уже до края пространства, занимаемого хранганами. Хранганы никогда об этом не узнали. Как и мы, они были детьми маленьких светлых миров, кружащихся вокруг разбросанных солнц, и не очень‑то интересовались теми, кто путешествовал сквозь космическую пустоту. Еще меньше они знали о них.

Война пылала тысячу лет, и волкрины пролетели сквозь ее центр, невидимые и неприкосновенные, в безопасном месте, где не могут вспыхнуть никакие огни, Потом Империя легла в руинах и погибла, а хранганы исчезли во мраке Коллапса, однако, для волкринов тьма не наступила.

Когда Клерономас вылетел с Авалона на своем исследовательском корабле, волкрины оказались в десяти световых годах от него. Клерономас открыл множество вещей, однако не открыл волкринов. Ни тогда, ни во время своего возвращения на Авалон поколение спустя.

Когда я была трехлетним ребенком, Клерономас был уже только пылью, таким же далеким и мертвым, как Иисус из Назарета, а волкрины пролетали возле Даронны. В тот год все чувственники крейов вели себя странно – сидели, глядя в небо светящимися мерцающими глазами.

Когда я выросла, волкрины были уже за Тарой, став неощутимыми даже для крейов, и по‑прежнему направлялись наружу.

Теперь, когда я уже стара и старею все больше, волкрины скоро пробьют Вуаль Грешницы, висящую между звездами как черный туман, а мы летим за ними. Летим за ними… Сквозь заполненные тьмой уголки пространства, в которые никто не заходит, сквозь пустоту и тишину без конца мы преследуем их, мой «Летящий сквозь ночь» и я…

Они медленно спускались вдоль прозрачной трубы, соединяющей орбитальную станцию с ожидающим кораблем.

Меланта Йхирл – единственная среди них, кто в месте, лишенном гравитации, не выглядела неуклюже и, казалось, чувствовала себя совершенно свободно – остановилась на минуту, чтобы взглянуть на висящий внизу пятнистый шар Авалона – величественный гигант из черноты и янтаря. Улыбнувшись, она быстро поплыла в низ трубы, с непринужденной грацией опередив своих товарищей. Каждый из них уже поднимался на борт корабля, но никогда – таким образом. Большинство кораблей стояли возле стен станции, однако этот, нанятый Кэроли Д'Бранином, был слишком велик и имел слишком необычную форму. Он висел перед ними: три небольших, размещенных друг возле друга яйца, ниже под прямым углом – два больших шара, между ними – цилиндр, в котором размещался привод, а все вместе соединялось секциями труб. Весь корабль в целом был большим и очень функциональным.