– Тебе не кажется, что это очень подозрительно? – спросила Линдрен.

– Да, очень. Есть даже способ проверить подозрения. Кто‑нибудь из нас может предпринять еще одну попытку узнать, говорил ли капитан правду. Если он или она умрет, мы обретем уверенность. – Она пожала плечами. – Однако, простите, но я не буду тем, кто попробует. Впрочем, можете не стесняться, если у вас действительно есть желание. Я с интересом посмотрю на результат. А пока займусь переносом своих вещей из грузового трюма и немного посплю. – Она повернулась и ушла, оставив их одних.

– Наглая шлюха, – почти бесстрастно заметил Дэннел, когда Меланта скрылась из виду.

– Вы действительно думаете, что он может нас слышать? – прошептал Кристоферис.

– Каждое наше слово, – сказала Линдрен, и улыбнулась, видя его смущение. – Идем, Дэннел, переберемся в безопасное место и вернемся в постель.

Дэннел кивнул.

– Но мы должны что‑то делать, – настаивал Кристоферис. – Составить план. Защищаться.

Линдрен окинула его напоследок уничтожающим взглядом и потащила Дэннела за собой.

– Меланта? Кэроли?

Услышав свое имя, даже произнесенное шепотом, она проснулась мгновенно, почти сразу обретя полноту сознания. Села на краю узкой односпальной кровати. Кэроли Д'Бранин, лежавший рядом, охнул и повернулся на спину.

– Ройд? – спросила она. – Что, уже утро?

– Меланта, мы дрейфуем в пространстве в трех световых годах от ближайшей звезды, – сказал со стен мягкий голос. – В таких обстоятельствах термин «утро» лишен смысла. Хотя да, уже утро.

Меланта засмеялась.

– Дрейфуем, говоришь? Насколько серьезны повреждения?

– Они серьезны, но не опасны. Третий трюм полностью разрушен и свисает с корабля, как половина раздавленного яйца, однако, повреждения имеют ограниченное распространение. Главный привод не пострадал, а компьютеры «Летящего», похоже, не повреждены во время уничтожения вашей системы. Я боялся этого, потому, что слышал о явлениях типа электронного болевого шока.

– Что? Ройд? – спросил Д'Бранин.

Меланта ласково похлопала его.

– Я потом расскажу тебе, Кэроли. Спи дальше, – сказала она. – Ройд, ты, кажется, обеспокоен. Что‑то еще?

– Меня беспокоит наше возвращение, – ответил он. – Когда я снова введу «Летящего» в гиперпространство, наружные приливные силы будут действовать на части корабля, не подготовленные к воздействию таких усилий. К тому же, форма нашего корабля теперь изменилась. Я могу показать вам его математический образ, однако самое главное сейчас – приливные силы. Особое внимание следует обратить на воздушную переборку у входа в третий грузовой трюм. Я проиграл ситуацию на компьютере, но по‑прежнему не знаю, выдержит ли эта переборка напряжения, которым будет подвергнута. Если нет – весь мой корабль распадется на части. Даже если не будет повреждена система жизнеобеспечения, все мы скоро умрем.