Король говорил долго, ловко обходя острые углы. Всю правду – про интригу Цилиана, мелкие подробности – о схватке в клинике, почти ничего – о ментальном блоке, который он заметил у Брукс, и пока ничего о Цертусе. Марк ловил нить рассказа, чужие слова ранили и радовали одновременно. Он дослушал до конца и ничего не ответил – этого ответа напрасно ждал и искал Воробьиный Король.

– Почему ты молчишь?

А Марк просто вспоминал свое наваждение – сухой воздух огромного открытого пространства, пустую степь, колючую проволоку, рыжий диск солнца, сгиб локтя, синюю вену, ледяное прикосновение металлического предмета. Король легко поймал сомнительное видение.

– Не замыкайся и не молчи. Брось, это гнилые штучки, не надо даже воображаемого суицида.

– Тебе-то какое дело?

– Даже если ты меня сейчас ненавидишь, я все равно твой Король.

– Псих ненормальный.

– Ладно. Если ты хоть немного успокоился, то тогда пошли, пора уходить отсюда.

– Вот так вот просто возьмут и выпустят?

– Должны. Консул обещал, что тебе не станут мстить за других. Только не лезь без надобности к нашим «добрым, праведным» луддитам – они все немного сумасшедшие. И каленусийскую форму сними, я принес тебе другую одежду.

Марк поднял объемистую пластиковую сумку и равнодушно переоделся. Подаренная Королем рубашка оказалась чуть тесной, остальное отлично подошло.

– Я требую шлем пси-защиты.

– Что? – Воробьиный Король искренне удивился. – Тут их почти никто не носит.

– Я не хочу, чтобы какой-нибудь урод вроде тебя шарил у меня в голове.

– Ты совсем не знаешь консуляров. Обычно такого не делают просто из вежливости – это все равно что таращиться на голую задницу.

– Когда-то давно мне очень хотелось попасть на Северо-Восток, об этом месте ходили прекрасные легенды. Не знал только, что все сложится так паршиво.

– Радуйся, везунчик. Могли прямо на берегу пришибить наводкой, наверное, это было бы справедливо.

– А мне и так живется только наполовину. Десять раз плевать на ваши поганые наводки. Только не надейся, что я размякну от твоей доброты и стану изменником.

– Да кому ты тут такой нужен? У луддитов не бывает изменников. А вообще-то консуляры – те же каленусийцы, их всего пять лет назад развела с метрополией гражданская война и пси-проблема.

– Ладно, ври дальше, знаю и без тебя.