Она момент постояла без движения, стараясь ни о чем не. думать. Ее не оставляло ощущение, что смерть только что прошла менее чем в миллиметре.

Затем в тени слева что-то зашевелилось. Очень большое.

Она отпрянула.

— Это всего лишь я, — громыхнул подвывающий голос. — Товарищ по несчастью. И по камере.

— Ранда? — изумилась Лейя. — А я-то думала, что ты перебежал к ним и предложил поставлять узников, а они тебя послали подальше.

— Нет! Нет, клянусь своим каджидйком! Я пытался пробраться к лазеру. Я хотел пожертвовать собой, но перебить как можно больше этих презренных тварей.

— Да уж, конечно, — процедила Лейя. Она слишком хорошо знала хаттов, чтобы поверить в такую дешевку. — Так ты говоришь, пожертвовать собой?

— Но я говорю правду, — простонал он. — Я не заслуживаю лучшей участи. Я искренне раскаиваюсь и целиком и полностью смиряюсь. Я…

— О смирении заговорил? — Лейя попробовала толкнуть дверь. Безрезультатно. — Где Басбакхан?

— Они схватили его, — простонал Ранда.

— Значит, он мертв.

— Нет-нет.

Вот это да! Они взяли ногри живым? Вот уж никогда не подумала бы, что такое вообще возможно. Лейя вытерла испарину со лба.

— Что ты делал с этим виллипом? Отвечай, только без уверток, и, может быть, я тебе поверю. Может быть.

Раздался глухой стон. Затем он промямлил: — Я хотел заключить сделку. Я пытался вынудить их обещать моему народу мир и безопасность. Ты бы на моем месте сделала то же самое.

Интересно, подумалось Лейе, а как и за какие коврижки вообще можно купить безопасность?

— В обмен на что? — коротко спросила она.

Глаза постепенно привыкали к темноте. Теперь был хорошо виден длинный, напоминавший луковицу силуэт, прижавшийся к другой стене кладовки. Она не знала, был ли он ранен, да и честно говоря, ее это не слишком волновало.

Ранда облизал губы жирным заостренным языком.

— Им нужны джедаи, — вымолвил он. — Они ничего не знают про Силу. Они хотят понять источник вашего могущества.