Я надел свой защитный костюм, пошел в наше убежище и лег. Перфекто не спал, смотрел на меня полузакрытыми глазами. Я ничего не сказал ему. Если Абрайра права, я никогда не найду для себя общества лучше того, в каком уже нахожусь. Но мне казалось, что должно существовать общество, которому я мог бы служить без отвращения. Я вспомнил об анархистах с Тау Кита, о скептиках с Бенитариуса-4, о юстинианах Марса. Абрайра права: все эти культы на самом глубоком уровне вызывали во мне отвращение.

Мне снилось, что иду по незнакомому мосту, под которым по узкому руслу течет вода. По берегам ручья сидят большие черные крабы, дразнящие женщины, и собирают тростник. Трава на склонах цвета гагата, и повсюду сладкий запах Пекаря.

На расстоянии я вижу человека, седовласого старика, одетого в хороший серый костюм. Держится старик с достоинством и грацией. Украдкой поглядывает на меня через плечо, потом уходит за изгородь. Сердце мое бьется часто. Я чувствую, что знаю этого человека, и в то же время не могу узнать его. Если бы только увидеть его лицо! Мне нужно его присутствие.

А я в грязном потном защитном костюме, словно тренировался на этом поле. Я бегу за этим человеком, бегу к изгороди и кричу:

- Сеньор, сеньор! Можно мне поговорить с вами?

Но когда я добегаю до места, где он был, его там уже нет. Я бегаю по сторонам, ищу его и вижу далеко, он разговаривает с молодой женщиной, восхищается цветами сливы: розовые цветы льются со стволов, как вода в фонтане. Я зову его, а он скрывается среди деревьев. Молодая женщина начинает оглядываться, ищет, что встревожило пожилого джентльмена, а я бросаюсь за ним.

За сливами тропа, обрамленная роскошной травой. Человек идет по этой тропе к сосновому лесу, он слишком далеко от меня, чтобы я мог его окликнуть. Я иду за ним, но боюсь углубляться в темный лес. Но все же вхожу в лес и вижу тропу, заросшую мхом: по ней почти не ходят. Зову его, и мой голос звучит глухо среди сосновых игл. Я спотыкаюсь о небольшие ветви, они ломаются, как кости. Тропа видна плохо, и несколько раз мне кажется, что я ее потерял. Но я продолжаю преследование и еще дважды вижу на расстоянии серую фигуру.

Наконец я оказываюсь на небольшой поляне и вижу маленький домик с деревьями папайа и орхидеями во дворе. Это мой дом в Панаме, а из-за него слышится свист: поезд на магнитной подушке пересекает озеро Гатун. Прекрасный вид, и очень приятно оказаться дома.

Я иду к своему дому, открываю дверь и вдыхаю знакомый запах. Смотрю на то место на полу, где умер Эйриш: никаких кровавых пятен, вообще никаких следов его существования. Но при виде этого места меня охватывает сильное беспокойство, огромная пустота. Я слышу голоса, девочка Татьяна смеется над чем-то, и вижу на верху лестницы Тамару; прямая и прекрасная, она сидит за столом и восхищенно смотрит на старика, который тоже сидит за столом, но спиной ко мне.