"Я возвращаюсь в Панаму, - с безумной радостью подумал я. - Я возвращаюсь в Панаму". Солнце, отразившееся в листве, напомнило мне о давно забытом случае. Не могу вспомнить, когда это произошло в моем детстве: помню, что лежал на диване, глядя в окно. Между двумя открытыми полями проходила линия деревьев, и толпа обезьян переходила из одного леса в другой. И в то время мне показалось, что это я движусь, а обезьяны стоят на месте.

Я лежал на дне машины, вспоминал эту пальму, так неожиданно появившуюся после необычной фауны Пекаря, и меня наполнило ощущение спокойствия, эйфория. И снова я ощутил, что возвращаюсь домой, в свою собственную утраченную страну.

Постепенно пальмы стали встречаться чаще. К полудню мы достигли полностью терраформированной лесистой местности. На деревьях болтали попугаи, поедая фрукты; мы, несомненно, добрались до земель ябадзинов.

Мы остановились на ночь и два следующих дня двигались вдоль берега на юг. Днем и ночью дул сильный ветер, он летел с холодных морей на нагретую сушу и иногда достигал силы шквала. Но море здесь представляет собой узкую ленту, и поэтому бури приносили мало дождей. Пыль, поднятая в пустыне ветром, окрасила небо в тусклый желто-коричневый цвет, и закаты и восходы стали особенно великолепны. Я чувствовал себя крепче и вечером лежал у костра и слушал разговоры.

Абрайра весь день тревожилась, напрягалась и потому очень устала. Когда к ней обращались, нужно было повторить два-три раза, чтобы она ответила. После того как Мавро лег спать, Перфекто сказал:

- Что у тебя на уме, сестренка?

- Я только... не знаю. Хочу ее. Хочу эту планету!

- Да, - энергично подхватил Перфекто. - Знаю. Я тоже чувствую это.

Абрайра спросила:

- Помнишь, каково было в нашем поселке, в Темуко, когда мы были детьми? У нас ничего не было! Абсолютно ничего, что можно было бы назвать своим! Капитан Гуэррера давал нам одежду или игрушки, но ничего не принадлежало мне - мне одной. Давая нам обувь, он всегда говорил: "Не забывай делиться с другими". Мне это было ненавистно.

- Знаю, - сказал Перфекто. - Я тоже это ненавидел. Нас создали, чтобы мы имели свою территорию, а потом ничего нам не дали.

Абрайра рассмеялась.

- Помнишь, как мы детьми прятали вещи под кроватью? И время от времени приходил Гуэррера и все отбирал. Я нашла в канаве куклу и несколько месяцев прятала ее; она мне была нужна не потому, что была красивая, чистая, вовсе нет - она была моя.

Перфекто улыбнулся.

- Si. Гирон и его палки. Помнишь, как он приносил домой палки. Ничего особенного в них не было, простые палки. Если он еще жив, я думаю, у него дома их горы.