— Да, — понимающе сказал Звонарев. — Вот она, разрушительная сила мысли. Один приход, а какие последствия.

Артем, вытаскивающий из шкафа тряпки, ничего не ответил.

— Так что ты там понял? — спросил Иванов, разглядывая фотографии.

— Я понял, за что прокурору давали «бабки», — глухо ответил Артем. — Но вам не скажу.

— Здрасте, — воскликнул Платон. — Это что, саботаж?

— Мне не хватает данных. У меня их нет! Вот! — Артем размазывал кофе по полу.

— Так чего ты тут сидишь? А где они есть?

— У прокурора. И вообще… — Он швырнул тряпку. — Надоело мне уборщицей работать! Давайте прижмем генерального!

— Давайте! — воскликнул Платон, поднимая вверх сжатый кулак. Его почему-то веселила сложившаяся ситуация.

— Только, чур, работаю я! — поставил условие Артем.

— Не проблема, — кивнул Сергей. — Только потом все равно тут надо будет убрать…

Даже по перегруженной автомобилями Москве они ухитрились добраться до дома прокурора меньше чем за час.

Генеральный сидел в своей пятикомнатной квартире, без семьи, под подпиской о невыезде, пережив обыск и допрос. Вместе с ним в квартире находился и адвокат, господин Левин-младший.

Розговцы позвонили. Дверь открыл сам прокурор, из-за плеча выглядывал адвокат.

— Чем обязан? — поинтересовался хозяин.

Сергей, Платон и Артем предъявили удостоверения.

— И что? — все так же тускло спросил прокурор. Сергей в это время разглядывал Левина, тот равнодушно смотрел на пришедших. Когда их взгляды пересеклись, молодой адвокат подобрался.

— Мы пришли поговорить с вами по делу, касающемуся известной вам видеопленки, — сказал Артем.

— Я вас не приглашал, и вообще ордер, бумаги, все как положено… — Прокурор собрался закрыть дверь.

— Есть новые факты, если хотите, вас вызовут в милицию. В убойный отдел.