— Старейшие — это часть общества джирриш, — пояснил Бронски. — Похоже, какие-то лидеры. У Фейлана сложилось впечатление, что они играют очень важную роль. Это все, что мы знаем.

Может, побег Фейлана лишил Тирр-джилаша шанса на повышение?

— Фейлан сделал то, что был должен сделать, — осторожно сказал он призраку. — Если бы Тирр-джилаш оказался в плену, он тоже попытался бы бежать.

— Нет, — возразил призрак. — Я не говорю о побеге. Я говорю о вознесении Тирр-джилаша к старейшим. Фейлан мог это сделать.

— Я не понимаю, — сказал Кавано. — Что сделал Фейлан?

— Не «что сделал», — проговорил призрак. — Что не сделал. Он не сделал так, — призрак поднял руки и сомкнул их на своем прозрачном горле.

Кавано беспомощно покачал головой. Он никогда не был силен в разгадывании загадок. И понять смысл жестов и слов инопланетянина было почти невозможно.

— Он изображает удушение, — сказал Колхин. — Или даже перелом шеи.

— Вы правы, — произнес Бронски. — Фейлан тоже об этом говорил. Он сказал, что применил к дознавателю удушающий прием, когда тащил его на мрашанский корабль. Призрак спрашивает, почему Фейлан не убил Тирр-джилаша.

— Вы — старейший? — произнес Кавано. Призрак неумело дернул головой, изображая кивок:

— Да.

В комнате воцарилась тяжелая тишина. Кавано всматривался в прозрачное лицо.

— Они победили смерть, — услышал он собственный голос. — Они на самом деле победили смерть!

— Почему Фейлан Кавано не вознес Тирр-джилаша к старейшим?

Кавано с трудом сглотнул, пытаясь собраться с мыслями.

— Точно сказать не могу, — ответил он. — Наверное, потому, что это не было нужно. Люди не убивают, если только нет абсолютной необходимости.

— Вы возносили других джирриш к старейшим.

— Не мы начали эту войну, — вступил в разговор Бронски. — Джирриш напали первыми.

— Не так, — настаивал призрак. — Старейшие говорят, что человеки-завоеватели напали первыми.

— Значит, старейшие ошибаются, — сказал Бронски. — Мы не нападали первыми. Я это знаю.