В ушах противно звенело эхо выстрелов. Кроме него я не мог различить больше ни звука. И тут знакомый по зоопарку голос капитана Шорошко крикнул:

— Винтэр, ты чё творишь! Ты ж чуть девоньку не задел!

Я напрягся. Капитан мог блефовать.

— Виталя! — раздался плаксивый голос Насти.

Чёрт! Не блефует! Ну погоди, с-с...

— Выползай давай, приятель. Нечего больше прятаться. Раньше начнём, раньше кончим. Я надеюсь, артефакт при тебе?

— Отпусти её! — выкрикнул я.

— Да ты выползай уже, говорю! — дерзко рявкнул капитан. — Я должен видеть тебя, чтобы обсуждать детали сделки.

Ничего не оставалось как подчиниться требованию. Опираясь на руки, я выполз из-за укрытия.

— Пистолеты можешь выкинуть. Они тебе не пригодятся.

— Отпусти её! — понизил я голос до рыка.

— Артефакт с тобой?

— Да. — Я отчетливо осознавал всю бедственность своего положения. В том числе и то, что артефактом не обладаю.

— Хм. Покажи.

— Отпусти её! — в третий раз потребовал я.

Шорошко присел на корточки рядом с Настей, которую не отпускал, держал за маленькие хрупкие плечики. В полутьме помещения, которое служило, вероятно, комнатой отдыха для охотников, отчетливо светились его красные радужные оболочки.

— Хочешь пойти к нему, милая?

Девочка не ответила. Я мог видеть, как по щекам её текли слезы.

За спиной раздался шорох. Капитан поднял взгляд на его причину. Я же повернул голову назад.

В раскуроченном дверном проёме стоял Джонатан Диерс с израильским «Узи» наперевес. Меня он, казалось, не замечал.