Теперь величайшей опасностью было то, что ооновцы заметят молчание «Шепарда». По словам Фицджеральда, даже приближение «Торнтона» к орбитальной платформе, чтобы посмотреть, в чем дело, немедленно привлечет к «Шепарду» нежелательное внимание. Если ооновцы решат, что запуску корабля с Куру ничто не мешает, через час поблизости будет полно вражеских солдат… а может, и истребителей, наподобие сбитых «Шепардом». После этого морским пехотинцам останется только собирать вещички и отправляться обратно.

Размышляя обо всем этом, Фуэнтес вновь влезла в бронекостюм и вышла наружу. Там теперь постоянно дежурили семеро морских пехотинцев, менявшихся через неравные промежутки времени, чтобы не обеспечивать запертым внутри станции «голубым каскам» привлекательных целей.

— О’кей, Карлотто, — сказала она, пересекая бездну, отделявшую корабль от станции. — Тебе пора сменяться.

— Есть, сэр! — рявкнул рядовой Карлотто. — Ох, ну и воняет же в этом Бэ-Ка…

— На «Маккутчоне» не лучше, — заверила его Фуэнтес. — Думай о том, что вот вернешься на Землю, залезешь под горячий душ…

— Лейтенант, вы что это?! — возмутился сержант Уэлш. — Подрываете дух войск? Я последние три часа ни о чем, кроме душа, думать не могу!

— За то и воюем, сержант, — отвечала она. — За горячий душ и все мыло на свете.

Уэлш включил РРД и слегка поднялся над обшивкой МКС. Бронекостюм его тут же из непроглядно-черного превратился в серебристо-голубой: активный камуфляж, покинув тень, «подхватил» свет, отражаемый Землей и освещенной половиной станции. Вместе с Уэлшем Фуэнтес медленно двинулась вдоль корпуса МКС, в двух метрах от ее неровной белой обшивки. В центре станции находились лабораторные модули, некоторые — с изображениями флагов государств, участвовавших в проекте, включая Японию, Францию и Россию. Самые большие из них, переделанные из внешних топливных баков «Шаттла-2», теперь большей частью использовались для хранения запасов пищи, ракетного топлива или воды, доставленных с Земли. Здесь же, со стороны Земли, над главным стыковочным узлом, до сих пор занятым европейским «Гермесом», был расположен и «капитанский мостик» — нечто наподобие башенки со множеством смотровых иллюминаторов. Свет внутри был погашен, снаружи там ничего не было видно.

Фуэнтес с Уэлшем миновали огромные «крылья» солнечных батарей, где морские пехотинцы, успешно перерезав силовые кабели, лишили МКС главного источника энергии. На дальнем, внешнем конце полагался модуль «Альфа», с которого когда-то начиналось строительство. Здесь находились пять отдельных шлюзовых камер, каждую из которых охранял минимум один морской пехотинец. Три из этих пяти шлюзов примыкали непосредственно к комплексу «Альфа», и, если бы «голубые каски» замыслили вылазку, лучшего места для этого им было бы не найти. Сильнее всего атаку — как внутрь, так и наружу — затрудняет узость шлюзовых камер, одновременно сквозь люк удалось бы протиснуться разве что двоим.