Вывод был совершенно неутешительным. Похоже, он проиграл еще до начала, и, бросив на уютно устроившегося на желтой скамейке Копылова сердитый взгляд, — словно тот был виноват в настроении поселенцев, — Алексей начал говорить:

— Уважаемые сограждане! По различным обстоятельствам, вопреки желанию большинства из вас, мы оказались в этой иноземной колонии, или поселении, называйте его как хотите. Я не сомневаюсь, что все мы оказались здесь не случайно.

Те, кто построил этот поселок, снабдил его энергией и запасами продовольствия, преследовали свои, определенные цели, о которых мы можем пока только догадываться. Лишь одно сегодня не вызывает сомнения. За нами наблюдают.

— Конечно, за нами наблюдают! Из комендантского коттеджа! А то мы этого не знали! — с торжеством прокричал конопатый подстрекатель, обернувшись к остальным за поддержкой.

— Это правда! — воскликнул Алексей, стараясь перекричать поднявшийся шум. — Но это не вся правда! Линии камер наблюдения, находящихся в каждом коттедже, сдублированы и передают свои сигналы куда-то за пределы поселка. Я проверил. Можете сами в этом убедиться!

— Я тоже это заметил! — неожиданно поддержал его электрик Пеньков.

— А какие выводы из этого можно сделать? — продолжил Алексей, едва установилась относительная тишина. — Чего от нас ждут эти инопланетные наблюдатели? И что они уже успели увидеть? Раздоры, беспредельную жестокость, кровь и страдания жителей поселка. Свары из-за оборудования, из-за женщин, из-за лишнего пайка… И что случится после того, как эти чужаки полностью разочаруются в нас и сочтут затраченные на нас усилия напрасными? Вы думаете, они озаботятся тем, что отправят нас обратно на Землю? Я в этом сильно сомневаюсь! Скорее всего, они избавятся от нас, как избавляется от крыс, непригодных к дальнейшим исследованиям, любая земная лаборатория.

— Мы не крысы! — донесся из толпы чей-то возглас.

— Это еще следует доказать… — устало проговорил Алексей, покидая трибуну под многоголосый недовольный рев десятка глоток. Он бросил в бурлящую толпу хорошую затравку, и теперь следовало подождать, пока она проявит свое действие.

ГЛАВА 36

ГЛАВА 36

Обсуждение судьбы Митрохина продолжалось, и конца спорам не было видно.

К концу второго часа про Митрохина вообще забыли. Внимание собравшихся колонистов перешло на более насущные проблемы.

Алексею противостояла группа из восьми человек, сколоченная Ривазовым, которому даже Копылов не смог определить подходящей специальности и занес его в свои списки под индексом «интеллигент, без определенных занятий». Ривазов, очевидно, пронюхал про готовившиеся изменения в основных правилах жизни колонистов и заранее, еще до собрания, сколотил себе железное большинство. Как только Алексей объявил о том, что все основные законы и правила колонии отныне будут устанавливаться на общем собрании, путем простого голосования, Ривазов взял слово и долго рассыпался в любезностях и выражениях благодарности «от имени всех колонистов человеку, подарившему им желанную свободу». Кивок в сторону Алексея и бурные аплодисменты восьми сторонников Ривазова.