И что сможет он в этом изменить? Крохотная щепка, попавшая в водоворот, может всего лишь плыть по течению, но даже песчинка, попавшая внутрь сложного, хорошо отлаженного механизма, способна изменить его ход и даже остановить.
От этой внезапной мысли Сергей приподнялся на своей койке. «Необходимое воздействие», — то самое, о котором писал Азимов в своем романе «Конец вечности». Правда, там такое воздействие рассчитывали сложнейшие компьютерные устройства, а герои имели возможность прослеживать результат своих изменений в будущем и, в случае необходимости, корректировать их. У него нет и десятой доли таких возможностей. Его величество случай — это все, что у него есть.
Подумав об этом, Сергей вновь улегся на койку. Нужно было решать более насущные проблемы. Глобальные могут подождать.
Свет от фонарей нарисовал на окне двойные тени местных деревьев, непохожих на земные… Судьба забросила в этот мир несколько десятков людей. Очень разных людей… Но их объединило одно обстоятельство — то, что произошло с ними, полностью изменило их образ жизни, всю их судьбу. Казалось, такие события должны были изменить и их образ мыслей. Но этого не произошло. Они принесли на чужую планету свои маленькие, обезьяньи амбиции, свое желание унизить более слабого, показать свою власть и упиться ощущением собственного превосходства, которого они так и не смогли добиться в обыденной жизни.
Сергей почувствовал, как в нем поднимается гнев. И не только на этих подонков, которые собрались навестить его в ближайшие часы. На тех, кто их использует в своих интересах, на тех, кто создает для них особо благоприятные условия, чтобы они могли безнаказанно грабить, спаивать, нести людям короткое наркотическое забвение и смерть…
Благодаря их деятельности постепенно загнивает изнутри государство, разваливается армия, смертность превышает рождаемость, трещит по швам экономика некогда великой державы. Теперь уже все готово, осталось прийти и взять нас голыми руками, без всяких усилий, без войны… Вот они и приходят…
Отчего-то вспомнилось история с Саяно-Шушенской ГЭС, о которой он прочитал в газетах незадолго до своего ухода.
Гигантское сооружение, стоившее миллиарды долларов и сотни человеческих жизней, строившееся всей страной, было отдано в частные руки. Советники, подготовленные в подобных лагерях, убедили правительство в том, что только так и можно управлять этим объектом.
Государственные чиновники никак не справились с задачей подсчитать доходы от гидроэлектростанции, которая даже в ремонте не будет нуждаться еще десятки лет. И отдали… А когда местные власти подняли вопрос о деприватизации, о возвращении государству его законной собственности, их заставили умолкнуть, им сказали, что это может повредить нашему международному престижу, уменьшить поток зарубежных инвестиций, тех самых «инвестиций», на проценты за которые предстоит горбатиться всему народу бессчетное количество лет…