Итор, когда-то мирная и цветущая планета, продолжал полыхать, расцветая ярким пламенем на фоне черноты безбрежного космоса. Вместе с пеплом от этого пожара развеивались и надежды Новой Республики на успешный исход войны.

37

37

Стоя на трапе имперского челнока, адмирал Гилад Пеллаэон крепко жал руку своему республиканскому коллеге. В глазах Траеста Кре'фея явственно читались горечь и разочарование.

— Знайте, адмирал, — говорил ему имперец, — я бы очень хотел, чтобы все сложилось по-иному. Я нашел нашу совместную работу удивительной, даже в какойто мере поучительной. Империя только выиграет от того, что я провел здесь с вами эта месяцы.

Ботан рассеянно кивнул.

— Я разделяю ваши чувства, адмирал. Я был очень рад общению с вами, и что бы ни говорили другие, я могу с уверенностью сказать любому о том, что вы не питаете никаких враждебных чувств по отношению к не-людям. За эти дни я ни разу не усомнился в вашей непредвзятости, и будьте уверены, я испытываю к вам только глубочайшее уважение, граничащее с восхищением.

— Спасибо… Траест, — имперский офицер разжал хватку и соединил пальцы рук за спиной. — Если бы мы смогли защитить Итор, спасти его от ужаса, учиненного йуужань-вонгами, я уверен, я бы остался с вами, помог в укреплении республиканской обороны. Мой народ, естественно, напуган. Еще бы ему не бояться, когда враг с такой легкостью применяет оружие, способное разрушить целую планету. И я сомневаюсь, что присутствие на орбите даже армады кораблей предотвратит повторение подобного, но если я не верну флот домой, в массах поднимется паника. Мы превратимся в маленькое подобие, рассыпающейся на глазах Новой Республики.

— Что ж, желаю вам удачи, — Кре'фей смущенно отвел глаза, предпочитая разглядывать кучки иторианских беженцев, слоняющихся по палубе «Ралруста». — Вам правда вряд ли удастся достичь того положения, которое сложилось сейчас в Республике. Гибель Итора превратила в хаос всю нашу государственную систему. Одни жаждут отмщения за поруганный мир, другие, наоборот, готовы расстелить перед захватчиками ковровую дорожку, думая, что, перейдя на сторону сильнейших, они смогут без проблем пережить грядущую войну, а заодно и разобраться с кое-какими старыми недругами.

Пеллаэон в задумчивости разглядывал свои начищенные до блеска сапоги.

— Падение Империи, в какой-то мере, — самое худшее, что когда-либо случалось с вашими народами. Ваша ненависть к нам сплотила вас, а теперь вы снова разобщены и каждый ищет возможность урвать кусок пожирнее. Вам повезло, адмирал, ваша роль во всем этом достойна лишь похвалы.