Узнав в регистрации нужный номер палаты, мы напялили бахилы и поднялись на второй этаж. На лестничной клетке было так сильно накурено, что я даже не сразу нашел дверь. В коридоре шустро сновали медсестры, неторопливо гуляли больные, в общем, царило оживление и, как это водится, витала больничная атмосфера. Затхлый воздух, запахи лекарств и болезни… брр.

Мне по мозгам очень сильно ударил эмоциональный фон этого места. Пессимистичный, полный боли и безысходности.

Я даже слегка покачнулся от неожиданности.

— Ты чего? — обеспокоено спросила Лида.

— Все нормально… — Я сглотнул. — Просто не очень люблю больничную атмосферу.

— Кто ж ее любит, — хмыкнул Алексей. — Вот я когда себе зубы вставлял…

Ага, то-то у него улыбка такая неестественно белая для участника боев без правил.

— Кстати, когда из меня сделали… — он огляделся по сторонам, — ну, вы поняли, все протезы выпали, а взамен выросли нормальные зубы. Уже ради одного этого стоит стать… тем, кем я стал. Никакого зубного!

Лида хихикнула.

— Никогда не понимала, почему все так боятся к зубному ходить. Вроде бы взрослые люди, мужчины…

Мы с Алексеем понимающе переглянулись.

— Тебе не понять, — озвучил я нашу общую мысль.

В палате капитана Лысько лежали еще трое больных: два мужчины лет сорока и старичок. Старичок спал, двое других что-то читали. Алексей лежал на самой дальней койке у окна и тоже спал. Рядом с ним сидела его жена — Евгения Лысько. Для своих тридцати с хвостиком она выглядела просто отлично — подтянутая фигура, доброе улыбчивое лицо… но не сейчас... Под глазами синяки, вся какая-то сгорбленная,  осунувшаяся.

— Виктор, — устало улыбнулась она. — Рада, что ты решил нас навестить.

Мда. Вот я уродец-то. Один из самых близких друзей попал в больницу, а я только сейчас сподобился его навестить. Конечно, у меня было действительно много проблем и дел… но я ведь даже не думал о нем, не беспокоился… Нет, однозначно сволочь я неблагодарная.

— Да, — смутился я. — Никак не мог выбраться…

Если честно, я немного боялся смотреть на Алексея. Тяжело видеть друга на больничной койке, особенно когда знаешь, что он попал туда из-за тебя. Вся левая часть лица у него была покрыта сплошной кровавой коркой, на правой темнел приличный по размерам синяк. В общем, довольно грустное зрелище…

— Алексей вспоминал про тебя, Виктор. Кто твои друзья?

— Это Лида, Алексей… мои сослуживцы. Как он?

Евгения тяжко вздохнула.