– В чём суть проблемы, Высокородный? – любезно осведомился Тлапт'ыщ, словно между ним и собеседником не было препятствия из приготовившихся умереть воинов.

Тон завсегдатая светских вечеринок слегка смутил пришельца, приготовившегося к битве.

– Так и будем говорить? – хмуро осведомился он. – Или постелим ковёр из твоих шавок?

Слово «шавок» жрец не понял, но по тону было ясно, что воин подразумевал телохранителей, по-прежнему окружавших его. Копья в их руках сменились обсидиановыми кинжалами.

Тлапт'ыщ рискнул. Одним коротким словом он отпустил людей; они словно растворились в стенах, не забыв прихватить с пола троих товарищей, пребывавших в отключке. Обезглавленные трупы, равно как и слуга, остались.

– Так-то лучше! – воин опустил клинок, всё ещё крепко сжимая рукоять.

Он быстрым шагом обошёл комнату, приподнимая остриём подушки и лезвием раздвигая драпировки. Тлапт'ыщ настороженно наблюдал за его действиями. Не то чтобы он боялся, но остерегаться следовало. Быть может, незнакомца наняли его враги. Кинжал за поясом хоть и прибавлял жрецу каплю уверенности, но у него были сильные сомнения, успеет ли он оружием воспользоваться. Да и как мог противостоять короткий каменный клинок хищному блеску великолепного лезвия в руках пришельца?

Верховный жрец опустился на подушки, приглашающим жестом указал место перед собой.

Пришелец опустился, положив клинок перед собой. Драпировки дрогнули – рука воина дёрнулась. Но появившиеся из-за занавесей обнажённые девушки с подносами не показались ему достойными противниками, и он расслабился.

Тлапт'ыщ взял с подноса кубок, протянул пришельцу. Тот криво усмехнулся, не принимая подношение. Поняв его опасения, жрец сам пригубил из кубка, показывая, что напиток не отравлен. Левой рукой незваный гость взял сосуд, правая продолжала сжимать рукоять, а глаза неотрывно следили за девушками. Он уже понял, что и обнажённые – они представляли опасность. Кромки золотых подносов были отточенно-острыми и в умелых руках представляли серьёзное оружие. Один верный удар – голову снесёт вмиг.

Понюхав напиток, он отхлебнул, пополоскал рот, затем выплюнул прямо на пол и поставил кубок на поднос. Досада плеснулась в глазах Тлапт'ыща. Но он умел ждать.

– Я слушаю тебя… Высокородный?..

Уловив в обращении вопросительную интонацию, пришелец наконец-то представился:

– Хотя имя моё тебе ничего не скажет, зови меня Эк'ксей. Слышал я, что ты великий колдун. – Слово «колдун» Тлапт'ыщу тоже было непонятно, но звучало как-то уважительно. – Мы с моим товарищем сражались там, – пришелец повёл клинком, указывая на закат, – и вляпались в засаду колдунов. Мой друг сражён их заклятиями. Теперь он без сознания, и я не знаю, что с ним делать. Колдунов-то я невзначай всех зашиб, ни единого не осталось. Поможешь? Я в долгу не останусь. Только дело срочное!