— Какого…

— Умерьте свой пыл, адмирал, — перебил его Сивый Ус. — Наш друг сделал все, что мог. Не его вина, что ему пришлось сложить свои обязанности.

— У него была главная обязанность — быть рядом с королевой. Неужели я не мог бы обойтись без специального офицера связи? Мне нужна была твоя удача, Счастливчик, и именно рядом с королевой.

Однажды она ей пригодилась, — уныло произнес тот.

Усатая Харя непонимающе уставился на него, потом в его глазах вспыхнула тревога. Бесцеремонно ухватив Счастливчика за рукав, он стянул его с трапа и торопливо потащил за собой. Когда они достигли края поляны, дон Крушинка уселся на бревно и грозно посмотрел на Ива:

— Рассказывай!

Все, что рассказал ему Счастливчик, он выслушал молча, только глаза все больше наливались кровью. Когда Ив закончил, дон Крушинка несколько минут сидел молча, потом поднялся, стиснул кулаки и хрипло произнес:

— Если с ними что-нибудь случится… — но, не закончив фразу, повернулся и, сгорбясь, пошел к штабу.

Вечером того же дня он вызвал Старого Пердуна с наработками плана сражения и до утра сидел, запершись, гоняя на консоли разные варианты. Среди них был и такой, при котором драться за Форпост предстояло не только с Врагом, но и со всем королевским флотом.

Следующие несколько дней намного уменьшили его тревогу. Когда же Упрямый Бычок пояснил, что передача плана из пространства была инициативой флагман-капитана Эстель и официальный приказ был получен лично от нее за несколько мгновений до старта, у него, дона Крушинки, уже десять лет проварившегося в котле местных интриг и закулисной возни, появились кое-какие наметки. Сам он еще ни разу не пробовал сталкивать лбами своих противников, но не раз видел, как это с блеском проделывала Сандра. В конце концов, посидев еще несколько ночей, он остановился на варианте, требовавшем нейтрализации только трети королевского флота. Хотя даже и это показалось ему слишком много, но, как говорится, запас карман не тянет. Куда пристроить лишние боеспособные единицы — найдется, лучше уж пусть будет резерв. Единственное, что по-прежнему его сильно беспокоило, — это странное поведение Эстель. Надо было расшибиться в лепешку, но вернуть Счастливчика к королеве.

За два дня до объявленной мессы он собрал Большой круг. Вечером в штаб прибыли все капитаны и командиры эскадр. У каждого в боте или дисколете имелась бочка или иная емкость, в которую по окончании круга должны были перелить бренди, наготовленный командой «Бласко ниньяс». Когда капитаны расселись кто где по склонам небольшой лощины, в дальнем конце которой был установлен экран, снятый из рубки «Неприятной неожиданности». Усатая Харя неторопливо поднялся с чурбака. Гул голосов мало-помалу утих. Адмирал обвел взглядом лица, ясно различимые в свете двух огромных лун, висевших в вечернем небе. Микрофон разнес над лощиной его вздох, напоминавший звук, с которым волна накатывается на берег. Он сразу взял быка за рога.