Золоченый купол трехэтажного Капитолия выделялся на фоне остальных зданий. На западной лужайке перед зданием стоял бронзовый памятник Солдату Гражданской войны в окружении двух бронзовых пушек того времени.

Иджер показал на статую.

— Иногда мне кажется, что он, воюя против современных немцев и японцев при помощи этих пушек, чувствовал бы то же самое, что мы, сражаясь с ящерами.

— Да, малоприятное сравнение, — ответила Барбара. На западной лужайке Капитолия стоял бронзовый индеец. Она кивнула в сторону памятника. — Наверное, он переживал похожие чувства, когда ему приходилось воевать с копьем и луком против пушек белого человека.

— Да, наверное, — сказал Сэм, которому никогда не приходило в голову посмотреть на историю с точки зрения индейца. — Однако у них были ружья, и мы потерпели несколько серьезных поражений — во всяком случае, мне не хотелось бы оказаться на месте генерала Кастера.

— Ты прав. — Однако настроение у Барбары неожиданно испортилось. — Несмотря на то, что индейцы одержали несколько побед, в конце концов они проиграли. Посмотри на нынешние Соединенные Штаты и вспомни, какой была наша страна до вторжения ящеров. Получается, мы обречены на поражение, даже если нам и удастся нанести ящерам серьезный урон.

— Не знаю, — ответил Сэм и надолго замолчал. — Вовсе не обязательно, — наконец заявил он. — Индейцы так и не научились производить собственные ружья и пушки; им приходилось добывать оружие у белых людей. — Он огляделся, чтобы убедиться, что их никто не слышит. — А мы скоро будем делать бомбы не хуже, чем у ящеров.

В научно-фантастических журналах печаталось множество рассказов об уничтоженных планетах, но Сэм никогда всерьез не думал о том, что ему придется жить (или умереть) в таком мире.

— Если мы встанем перед выбором: уничтожить Землю, или покориться ящерам, я бы проголосовал за первый вариант. Ульхасс и Ристин говорят, что Раса вот уже тысячу лет держит в повиновении два других инопланетных народа. Никому бы такого не пожелал.

— И я тоже, — согласилась с мужем Барбара. — Но наш разговор напоминает спор маленький детей, ссорящихся из-за игрушки: Если она не достанется мне, то и ты ее не получишь! И раз! Кончится тем, что мы уничтожим целый мир… а что еще нам остается делать?

— Не знаю, — ответил Иджер.

Он попытался думать о чем-нибудь другом. Конец света не самая подходящая тема для разговора с женщиной, которую ты любишь.

Они свернули с Колфакс на Университетский бульвар. Здесь движение стало менее напряженным, чем в центре города, и они поехали побыстрее. Иджер смотрел по сторонам, любуясь пейзажем. Теперь, после того, как он побывал в горах Вайоминга и Колорадо, он легко крутил педали.