Команда А пила светлое пиво — стаканами — из двадцатилитрового термоса-бочонка.

Стаканы запотевали. Подкопченные спины и задницы лоснились. Мы прошли мимо них, бросили сумку на свободный пятачок песка, разделись догола и полезли в воду.

Вода была парная.

— Как в июле, — сказал Командор, и мы поплыли. В прошлом году в Гвоздеве мы с Командором, дуря, уплыли километров за десять от берега — два с половиной часа умеренного темпа, — и нас вылавливал пограничный катер. Мы ныряли и не давались.

Доктор Морита говорил потом, что этот заплыв и стал последней каплей, переполнившей чашу терпения моего миокарда. Может быть, может быть. Сегодня мы поплавали совсем немного, и Командор поволок меня на берег.

— Где «бэшники»? — спросил я в воде.

— Снимают груз.

— Сегодня?

— Рейс задержали на сутки, что-то со шлюзами.

— А то можно было бы уже начинать.

— Лишние сутки проживем, — Командор хихикнул.

— И то верно…

Груз: приборы, оружие, взрывчатка — находился в секретном отсеке круизного лайнера «Дон» («Из Ливерпульской гавани всегда по четвергам…»); о существовании отсека не подозревал даже капитан; попасть в него можно было только снаружи, имея специальный ключ. Значит, контейнер снимут сегодня… контейнер самоходный, но скорость его невелика. Значит, что-то серьезное можно начать делать только завтра днем. Ладно.

Стряхивая воду на самых красивых девушек, попадавшихся на нашем пути, мы подошли к команде А и непринужденно расположились среди них. Преимущество встреч на пляже: невероятно трудно выследить тебя. Все голые, все плюс-минус одинаковые.

Недостаток: не менее трудно засечь слежку. Но с этим пока придется мириться…

Команду А набирал Командор, впрочем, всех этих ребят знал и я, и знал неплохо: Крупицын Дима и Крупицын Сережа — не братья, просто из одного детдома, там им дали фамилию воспитателя; Яша Штоль; Гера Москвич; Сережа Панин; Сережа Кучеренко — черт побери, одни Сережи, других имен нет, что ли? И девочки, наша лейб-гвардия: Валечка Иванчук, маленькая, курносая (завяжи ей бантик — сойдет за семиклассницу), и Саша Полякова, роскошная блондинка с фигурой Венеры, вся бронзового цвета, окружающие парни так и пялятся. Наши знают, что пялиться бесполезно, Сашенька холодна, как лед, была у нее в детстве психотравма. Мы с Командором проглотили по стакану пива и растянулись на полотенцах. Гера крутил настройку приемника. На самом деле это был не приемник, а детектор микрофонов.

Направленным, издали, нас тут не взять: пляж плоский, шумный. Не обнаружив ничего, Гера поставил звуковую защиту — так, на всякий случай.