— Нет, ну надо же! Какая сволочь! — Борис бегал по комнате, размахивая руками: — Выходит, он следил за нами с того берега! Может быть, даже бывал в раскопе, днем, когда мы спали! И как завернул! «Оборудование метеорологическое надо вывезти!»! Тьфу! Слушай, а этот водитель, ну, с которым ты ездил — он не расколется?

— Не должен… Он же взял деньги, вообще, он же понимает, что тоже повязан. Думаю, будет молчать. Ты лучше скажи, что с вашими находками делать? Они лежат у меня дома, и я ума не приложу, куда их девать!

— Так, а что же ты сразу не повез их к Паганелю?

— Понимаешь, Борис… — я замялся: — А нельзя обойтись… Ну, без Паганеля?

— Кинуть хочешь Максима Кузьмича?! — искатель сузил глаза, я заметил, как у него сжались кулаки. «Нет! Ну не может он так притворяться!», подумал я, и решительно достал из кармана сложенный вчетверо «Договор №…»:

— На, читай! Это было в портфеле Судакова!

Борис несколько секунд пристально смотрел на меня, потом чертыхнулся и взял бумагу…

— Ну и что? — недоуменно спросил он через минуту, отложив договор.

— Подписи посмотри…

— А что подписи? Подписи как подписи: Гречников, Логинов… Как Логинов?! Паганель?! — Борис растеряно уставился на лист, словно не веря своим глазам, протер их рукой, потом повернулся ко мне. Я молча утвердительно кивнул.

Немая сцена затягивалась. Искатель отвернулся к окну и застыл, с хрустом разминая пальцы. Я встал, положил ему руку на плечо:

— Борис!

— А-а! Мать-перемать! — он резко повернулся, в глазах блеснули слезы. Борис одним прыжком оказался у груши и принялся ее дубасить руками и ногами, нанося такие удары, что достанься они человеку, у него отлетела бы голова!

Наконец, успокоившись, он повернулся ко мне:

— Поехали! Я своими руками сверну ему шею! Ублюдок! Какая сука — так водить нас за нос! Гнида! Поехали, чего ты сидишь!?

— Погоди… Ты уверен, что мы с ним справимся? Если через его руки проходил такие деньжищи, я думаю, он позаботился об охране своей персоны!

— А мне плевать! Паганель! Кликуху-то себе придумал, как в насмешку! У-у, трупоед, гребена плать! Ты едешь со мной или нет?!

— Да погоди ты! — я рассердился: — Что мы с ним сделаем? Убьем? Нас поймают — это ясно, как божий день! Как мы оправдаемся перед ментами?

Борис схватил со стола договор:

— Ну вот же, вот же улика! Эта — раз! У тебя дома лежат предметы из кургана — это два! Водитель твой, свидетель — это три…