Дождавшись, пока угаснет очередной яростный порыв ветра, Ирэн осторожно освободила одну руку и защелкнула на антенне висевшее на поясе крепление. Град колотил по шлему злой барабанной дробью, бил по спецкостюму, оставлял синяки. Перед ее глазами поплыли разноцветные пятна, спина взмокла, дрожавшие пальцы впились в обломок мертвой хваткой.

– Внимание! – послышалось в наушниках.

Ирэн сжалась в комок и увидела, как рядом со зданием института вода раскрылась, взметнулся белый пенившийся столб. Бившие о парапет волны захлестнули крышу.

Происходившее дальше Ирэн помнила смутно. Гигантские валы обрушивались на площадку, играя прилипшими к бетону людьми. Рация доносила стоны, ругань, непристойные шутки. В перерывах между волнами физики пытались рассчитать напряжение и мощность сверкавших вокруг молний, скорость ветра и силу, с которой выпавший из рук огнемет ударится о дальнюю стену.

Ирэн не могла сказать, сколько прошло времени, прежде чем буря начала стихать – полчаса, час, два? Волны все еще накатывались на крышу, но уже без прежней ярости, ветер немного спал.

– Говорит Ян. Все живы?

– Похоже на то.

– Все.

– О, а ковер-то почти весь смыло!

Ветер, хоть и ослабевший, не давал отстегнуть крепления.

– И долго это будет продолжаться?

– Кто ж скажет…

– Давайте у главного затейника спросим. Мендель, сколько нам тут еще болтаться?

– Откуда я знаю? – недовольно буркнул тот.

В разговор снова включился капитан – еле слышный в треске помех:

– Нам действительно нужен ваш совет.

– Я физик, а не метеоролог, – ответил Мендель.

– Да… А такую метеорологию заварил.

– Привыкай, Рич, на Марсе нас еще и не такое ждет.

– Да уж, этот деятель постарается.