– Я?! – безмерно удивилась молодуха. – Я уже замужем была… три раза, – добавила она разливая по тарелкам щи.

Выпили еще по две и принялись хлебать наваристые щи, не забывая о черном хлебе и зеленом луке, который макали в соль.

– И что? Так вот никого и не полюбила? – спросил Калита покровительственно.

– Нет, почему? Я всех своих мужей любила…

– А меня полюбишь? – набрался храбрости Калита.

– Тебя? – словно удивилась она. – Так ты ж мне не муж!

– Ну и что? – окончательно расхрабрился Калита. – Дело поправимое.

– Ох ли, Андрей Павлович?

– О-па?! – безмерно удивился Калита, и голос его осел. – А откуда ты мое имя-отчество знаешь?

– Так оно у вас на внутренней стороне шлема написано. Должно быть, по армейской привычке написали, Андрей Павлович? – ответила она лукаво.

– Точно… – вовремя среагировал Калита и перевернул шлем. – Это я так, проверяю.

– А ничего проверять не надо, – гордо сказала молодуха и вскинула голову так, что свою Калита тут же потерял.

– Ну тогда выпьем?!

– Выпьем!

Выпили не одну, а две. Жоре захорошело. Он вообще, плохо переносил алкоголь. Он начал что-то было напевать, но его никто не поддержал, потому что у него всегда было плохо со слухом.

– Я, Зинаида Ивановна, извиняюсь, готов жениться хоть сейчас. Да как бы грехи не пускают.

– Знаю я ваши грехи. Женат, поди, на Большой земле-то?

– Не буду врать, – сознался Калита. – Женат, Зинаида Ивановна, женат. Так это ж разве жена? Вот вы!..

– А что?

– Лебедушка…